Она хочет помочь?
Тайлер медленно наклоняет голову, ощущая легкий испуг, ведь реакция на его действия может оказаться любой. Он не знает, чего ожидать, но осторожно касается губами щеки Джейн, которая резко отпрянула.
Послышался сигнал.
Двери лифта распахнулись.
Девушка смущенно опустил глаза, выходя в холл. Парень в ступоре. Стоит на месте, смотря перед собой.
Поворачивает голову, видя, что Джейн идёт спиной, широко улыбаясь ему, и разворачивается. Тайлер усмехается, делая шаг - и его прибивает дверьми лифта, отчего Джейн хихикает, а Пози закатывает глаза, спеша за ней.
Стоны и мычания резко переходят в громкое рыдание, заставляя Дилана “потеряться”. Он невольно делает шаг назад, но тут же вновь хватает девушку за плечи, дергая:
- Ронни, что… - замолкает, когда она рыдает громче, закрывая лицо руками. Скрывает эмоции. Проявление чувств - показатель слабости. Вот, чему её учила миссис Добрев.
И Ронни сломалась. Впервые чувства переполняли её до краёв, поэтому всё то, что “пылилось” внутри, набираясь, как куча мусора, засоряя сознание, вырвалось наружу.
В ней пробудились странные чувства, которым она не знала, как дать “выход”, поэтому рыдает. Громко, не сдерживаясь.
А Дилан в замешательстве.
Он лишь хотел проверить кое-что. Желал понять, что за грёбаное чувство так тянет его к ней. Что-то внутри, засевшее и не дающее покоя.
Дилан просто хотел понять себя, но открыл Ронни.
Девушка сжимает губы, мычит. О’Брайен нервничает. Медленно, неуверенно скользит руками по талии, прижимается.
Обнимает, думая, что это всё, что он может сделать сейчас.
И Ронни обхватывает его в ответ. Плачет, шмыгая носом. Сжимает, касаясь мокрой щекой его шеи.
Дилан ужасается, когда чувствует, как в его носу начинает колоть. Моргает, сильно сжимает веки, поражаясь тому, что сейчас творится внутри него.
Сильнее сжимает её тело, пытаясь восстановить резко сбившееся дыхание. Опускает глаза, ощущая, как внутри него что-то ломается. Скрытое проявляется.
Дилан устал.
Его мать обезглавили, отец считается преступником, унижения в школе, отвержение друзей, “уход” Хлои, чертовы дети.
Устал. Устал.
Усталусталусталматьтвою.
Его веки дергаются от нервов. Зарывается носом в шею девушки, которая продолжала тихо всхлипывать.
Ронни хотела понять себя, но открыла Дилана.
========== Глава 17. ==========
Они идут за ней.
[флешбэк]
Женщины пьют чай, сидят за столом на кухне. Миссис О’Брайен принимает всех гостей в гостиной, но давняя подруга не любит “официальных” приемов.
Подносят чашки к губам, расслабляясь, ведь за окном слышно пение птиц, успокаивающее, скрывающее все проблемы, навалившиеся на женщин.
Дверь кухни скрипит. Миссис Добрев переводит строгий взгляд на заглянувшую внучку, которая хлопает длинными ресницами, удивленно смотря на незнакомую женщину.
- Ронни, - миссис Добрев поставила чашку на стол, бросив взгляд на часы. - Рано поднялась.
Подруга хозяйки дома перевела глаза на ребёнка, хмыкнув:
- Кто она?
- Внучка моя, - вздохнула в ответ миссис Добрев. Девочка так же молча скрылась за дверью. Ничего не сказала, не выдавила даже звука из себя.
- Она похожа на тебя, - женщина делает глоток. - Похожа на него.
- Мерри, - миссис Добрев сощурилась, вновь взяв чашку. - Не нужно.
Мерри перевела стеклянный взгляд на горячую жидкость в свой чашке, улыбнувшись краем рта:
- Воспоминания - странная вещь. Прошлое, - вздыхает, - его лучше не ворошить, но, - поднимает глаза на подругу. - До сих пор не могу понять, как ты могла оставить его там?
Миссис Добрев приняла гордый и непоколебимый вид, касаясь краем чашки губ, которые дрогнули, когда она сделала вздох.
[конец флешбэка]
***
Закрытое помещение с блестящими серебряными стенами. Белый пол, темный потолок. Странный, какой-то химический запах. Яркий, бледный, чуть ли не голубой свет лампы. Холодный. Тишина, полная. Лишь ощущение движения вверх.
Он едет? Куда?
Лифт?
Дверцы раскрываются, освобождая путь. Длинный коридор, тускло освещенный, но переполненный людьми в белых халатах.
Куда ему идти?
Медленно перебирает ногами. Но нет неуверенности в действиях. Будто он знает, какую цель преследует, куда направляется, что его ждёт. Он точно осознает.
Правда, перед глазами всё плывёт. Силуэты людей то испаряются, то вновь проявляются. Мчатся, летят мимо, не касаясь, не задевая.
Невысокая, сгорбившаяся, растрепанная, одетая в белую рубаху. Идёт сквозь толпу, привлекая внимание, заставляя сердце биться в новом ритме. Повышает давление в висках, вызывает сухость во рту.
Она.
Следует за ней, наконец, ощущая людей вокруг. Толчки, пинки. Бьётся плечом о мелькающие силуэты, но не заостряет внимание. Смотрит только на неё, еле выдавливая из себя шёпот. Такой слабый, что по спине бегут мурашки, а в ушах начинает звенеть.
- Мам? - щурит глаза, ускоряясь. Напрягается, расталкивая людей. Мужчин, женщин. Без разницы. Главное, не потерять её.
А она теряется в толпе. Глаза болят от такой концентрации. Женщина медленно передвигается, ей с трудом даётся каждый шаг, но её всё равно невозможно догнать.
Она сворачивает за угол, мелькнув перед глазами.
Он свернул за ней, застыв.
Пустой, тёмный коридор. Гул в ушах прекратился. Зелёный пол, зеленые стены.
Чернота, которой давишься, начиная кашлять. С трудом делаешь вздох, шагнув, но опять же теряешь возможность передвигаться, когда впереди, в темноте проявляются силуэты. Небольшого роста, но отчётливые, светлые. По спине бежит холодок, будто кто-то дыхнул под ткань одежды.
Они смотрят на него. Молчат. Ждут.
Он делает шаг назад, щурясь, хотя и без того плохо различает Их в темноте. Тишина рушится трещанием лампы. Единственный источник света в другом конце коридора. Тень падает на Их лица.
Мальчик в пижаме и девочка в белой длиной кружевной ночнушке. Без масок, чистый, светлый, но какой-то равнодушный взгляд направлен прямо на него.
Он сжимает губы, дыша через нос.
Писк.
Мычание, стон. Где-то близко. Где-то в темноте.
Она сидит в темноте.
Согнула ноги в коленях, прижимает ладони к ушам, сутулится, пряча лицо. Сидит возле стены, покачивается вперёд-назад, мыча. Темные волосы скрывают, падая с плеч.
Он осторожно делает к ней шаги. Следит краем глаза за детьми, опускаясь на одно колено.
- Эй, - шепчет, протягивая руку, пальцы которой трясутся, выдавая напряжение. Девушка не поднимает головы, но он уверен. Точно знает, кто это.
- Ронни? - облизывает сухие губы. Моргает, садится напротив неё. Девушка дрожит, продолжая покачиваться и мычать. Он сжимает рукой её запястье, потирая холодную кожу большим пальцем:
- Ронни, - наклоняется к её лицу. - Эй, - осторожно убирает волосы, чтобы разглядеть. Девушка качает головой, хрипя:
- Это не я…
Дилан хмурит брови, щуря темные глаза. Прислушивается к её шёпоту.
- Это не я. Это не я. Это не я, - повторяет, не останавливаясь. - Это не я.
Парень мельком поглядывает на детей, которые по-прежнему не двигаются, но смотрят на него, будто ожидая чего-то.
Сглатывает, не поддаваясь паническим атакам, вновь переводит глаза на девушку, осторожно касается пальцами её щеки:
- Ронни, нужно уходить.
- Это не я, - голос слабее, практически не слышен. Девушка медленно поднимает голову. Опухшие веки, темные круги под глазами, мокрое лицо, синие дрожащие губы, которые продолжают шептать: