Я рыдала навзрыд, не в силах остановиться. Аран нежно гладила меня по голове, пока я сквозь слезы бормотала какую-то чушь о том, что фейри самые добрые, милые и прекрасные существа во всех гребанных мирах. Слезы катились по моим щекам сплошным водопадом, пока я шептала, что магия — это самое волшебное, что есть на свете.
Будь это сопливый роман, я бы, наверное, сокрушалась об исчезновении шрамов, ведь они «были частью меня и отражали мою борьбу». Но это, блядь, реальная жизнь. Это как в мои пятнадцать лет, когда я весь год мучилась от жутких прыщей. Когда кожа наконец очистилась, я прыгала от радости до потолка и при каждом удобном случае благодарила богиню луны.
Конечно, я научилась жить со своими увечьями и не то чтобы поголовно презирала свое отражение. Кожа не определяет тебя как личность. Проблема заключалась в том, что в глазах всех остальных мое тело выглядело уродливым и искалеченным. И я смертельно устала от того, что меня судят по этой обертке.
Наконец, после неприлично долгого сеанса соплей и бессвязного бормотания, я шмыгнула носом и отпустила испуганную подругу из своих удушающих объятий.
Что бы сделала первая женщина-гладиатор этого королевства? Коротко: ЧСПЖГК!
Я взяла себя в руки и постаралась сфокусироваться на главном. Например, дожить до своего двадцать первого дня рождения.
— Так как думаешь, я смогу умаслить вампира, если исполню для него какой-нибудь сексуальный танец? — спросила я Аран, так как у меня по-прежнему было ровно ноль идей, как вообще соблазняют древних кровожадных тварей.
И кстати, его вообще девчонки интересуют? Зная мое везение, королева выберет вампира-гея, чтобы я просто максимально мучительно сдохла на глазах у всей почтенной публики.
— Слушай, а это мысль. Ну-ка, покажи, что ты умеешь? — Аран махнула рукой, освобождая мне пятачок свободного пространства в комнате.
Я кивнула и грациозно, как мне казалось, сорвалась с кровати. На следующие несколько минут я полностью растворилась в звуках воображаемой музыки. Я представила, что вернулась на празднование Иануарис, и позволила своему телу двигаться в такт тяжелому, вибрирующему басу. Я кружилась, прыгала и отдавалась этой свободе самовыражения. Я танцевала так, словно от этого зависела моя жизнь. На миг я стала единым целым с этим фантомным ритмом. Все проблемы испарились. Когда движения плавно перетекли в финал, в моем сердце зародился долгожданный покой.
Наконец, тяжело дыша, я замерла прямо перед Аран. Утерев пот со лба, я широко улыбнулась ей, пока мое тело все еще слегка покачивалось в такт утихающему ритму.
Аран приоткрыла свои пухлые губы, но так и не вымолвила ни слова.
У нее просто пропал дар речи.
Наконец, судорожно прокашлявшись, она выдала:
— Если ты станцуешь перед ним вот так, тебя сто процентов, и я прямо-таки подчеркиваю это слово, убьют на первой же секунде.
Эта зараза согнулась пополам от хохота и буквально покатилась по полу.
— Это было самое жуткое зрелище, что я видела за всю свою сознательную жизнь! — она хватала ртом воздух, содрогаясь в конвульсиях смеха. — Тебя там что, эпилептический припадок схватил? Я в какой-то момент не на шутку испугалась и уже собиралась вызывать врачей!
— Да ладно тебе, не так уж все и плохо! — я обиженно топнула ногой и надула губы.
Да, пускай я не самая гибкая гимнастка и в жизни не ходила на танцы, но мне казалось, что двигаюсь я вполне сносно. Я продолжала недовольно притопывать, пока Аран синела от смеха на полу.
Наконец она кое-как поднялась на ноги, вытирая выступившие на глазах слезы:
— Если ты устроишь… что бы это ни было, бог солнца мне свидетель… этот вампир растерзает тебя так жестоко и кроваво, что об этом еще веками будут слагать легенды. Ты вообще в порядке? Я даже не подозревала, что женщина способна умышленно так дергаться.
— У тебя есть предложение получше? — с досадой поинтересовалась я, укоризненно покачав головой.
Хотя, надо признать, хорошо, что она открыла мне глаза сейчас, а не когда я вышла бы на арену и была заживо выпотрошена.
Она снова прыснула:
— А что еще ты планировала делать?
— Танцевать. Это буквально единственное, что пришло мне в голову.
К сожалению, весь прошлый день я провела, нежась на релакс-процедурах у Ашера, и мне совершенно не хотелось штурмовать мозг гениальными идеями.
— Что ж, если мы срочно что-то не придумаем, тебе хана ровно через шесть дней.