— Ты собираешься меня убить? — выпалила я, судорожно пытаясь дотянуться до оцепенения.
Нахер надо, я точно не собиралась умирать от рук какого-то больного извращенца.
— Нет, — отозвался искаженный голос сквозь ткань.
Я поджала губы, перестала брыкаться и мысленно взвесила шансы: поверить ему на слово или все-таки драться за свою жизнь?
Если я резко крутанусь, то смогу впечатать ножки стула прямо в его туловище. Я заставила себя расслабиться. И это было чертовски трудно, учитывая, что моя грудь была полностью выставлена напоказ, а прохладный воздух продолжал дразнить чувствительные соски. И я решила дать этому фейри кредит доверия. К тому же, чего греха таить: какая-то микроскопическая часть меня знатно кайфовала от всей этой темы со связыванием. Пусть я никогда не признаюсь в этом вслух, но я тащилась от доминантных мужчин.
Опять же, ментальное здоровье — явно не мой конек.
— Раздвинь ноги.
Прежде чем я успела подумать об ответочке или попытаться врезать ему, мои ноги раздвинулись словно сами по себе. С разрезанным платьем, голой грудью, связанными за спиной руками и мешком на голове я замерла в ожидании того, что этот фейри сделает дальше.
Горячие, мозолистые пальцы едва ощутимо коснулись моих сосков. В абсолютной темноте чувствительность обострилась раз в десять, и я невольно выгнулась навстречу его прикосновению, сама не понимая, хочу я, чтобы он остановился, или прошу еще.
Моя киска сжалась.
Внезапно эти пальцы резко сжали соски, и волна чистейшего наслаждения прошила меня до самого центра вселенной. Я громко застонала, перед глазами полыхнули искры, и я задышала тяжело и прерывисто под своим мешком.
Медленно, невыносимо медленно его пальцы двинулись вниз по груди, очертили живот и спустились к самому основанию бедер. Я раздвинула ноги еще шире и откинулась назад, беззвучно умоляя этого фейри хоть как-то унять ту пожарную смесь из возбуждения, что уже скапливалась у меня между ног.
— Я трахну тебя, — буднично произнес он.
Это был не вопрос, а факт.
Внутри полыхнуло с новой силой, я слегка приподняла бедра, чувствуя, как холодное дерево стула врезается в голую плоть. Каждая клетка моего тела была взвинчена до предела. Вдруг он прижал к моему клитору что-то твердое и принялся плавно водить этим предметом по моей промежности.
— Моего члена ты не получишь. Будешь сосать игрушку.
Мой затуманенный похотью мозг на секунду завис, и я открыла было рот, чтобы возмутиться.
В смысле, блядь? Что за херня?
Я вообще-то в секс-клинике!
Я думала, весь смысл как раз в настоящем члене! Но не успела я высказать свое ценное мнение, как твердый предмет у меня между ног начал бешено нагреваться, а в следующую секунду стал ледяным. Мозг окончательно закоротило, когда резкая смена температур устроила моему клитору тотальную перестимуляцию. И в тот самый миг, когда игрушка обдала меня холодом, его мозолистые пальцы резко дернули меня за соски.
Святые сиськи…
Между волшебным напитком и этой хреновиной у меня между ног фейри реально превзошли сами себя по части чар.
Рада за них, блядь.
Кровь прилила к телу, когда фейри с силой вдавил предмет в мою плоть, продолжая терзать чувствительные соски. Ощущения нарастали лавиной, и я запрокинула голову в мешке, впечатываясь затылком в край стула. Ноги дрожали, и я развела их еще шире.
В этот момент произошло сразу три вещи:
Первое: пальцы на моих сосках резко дернули вверх.
Второе: к моей шее прижались мягкие губы, после чего острые зубы жестко проехались по чувствительной коже.
Третье: штуковина между ног начала вибрировать.
И это была не просто вибрация.
Игрушка одновременно вибрировала и засасывала мой клитор.
О бог солнца.
Это был отвал всего.
Я застонала в голос, когда фейри еще сильнее прижал этот предмет к моему клитору, медленно ведя зубами по нежной коже шеи.
За моими закрытыми глазами взрывались фейерверки, я непроизвольно толкалась бедрами вперед. Я громко, протяжно стонала, чувствуя, как подбираюсь к самому краю. Дикая перестимуляция на всех фронтах несла мое тело прямиком к оргазму. Вагина неистово сжималась. Я откидывалась назад, пока холодный металл удерживал мои руки за стулом. Я уже была готова сорваться в этот полет с обрыва…
И тут фейри остановился.
Все то дикое напряжение, что по крупицам копилось в моем теле, в один миг испарилось, оставив после себя лишь вялый пшик.