Королева повернулась к светловолосому омеге рядом со мной.
— Ксеркс, чем я могу помочь тебе?
Меня до сих пор поражало, что у королевы служит омега. В мире перевертышей они вымерли, и олигархия отдала бы все, чтобы заполучить хотя бы одного. Без омеги нельзя было рожать альф.
Насколько мне было известно, в мире зверей их тоже чрезвычайно ценили.
Ксеркс был редкостью и объектом высокого спроса. Он рассказывал мне, что родом из мира зверей и добровольно записался в армию королевы фейри.
Я не мог понять, почему.
— Я хочу наблюдать за альфами. Я им не доверяю, — сказал Ксеркс своим мелодичным акцентом, гладким, как масло.
Когда он произнес «альфы», его коричный запах омеги стал более пряным и менее сладким.
Его лицо оставалось непроницаемым, но, как и я, он был не тем, кем казался.
— Да, это, пожалуй, будет разумно, — кивнула королева, отвлекаясь на свиток, который подал ей другой слуга. — Ашeр будет сражаться вместе с ними, чтобы убедиться, что они выживут, а ты, Ксеркс, будешь их охранять, чтобы они не устроили проблем.
Она махнула рукой. Нас отпустили.
Не сказав больше ни слова, мы одновременно развернулись и вышли из атриума.
Когда мы оказались в коридоре, я повернулся к Ксерксу.
— Какого хрена ты об этом попросил? — спросил я его.
Образ обнаженного тела принцессы на экране вспыхнул перед глазами, и я с трудом сдержался, чтобы не зарычать ему в лицо. Ксеркс видел ее обнаженное тело, и я ему не доверял.
Он был омегой-мужчиной, а она альфой-женщиной. Оба редкие и биологически совместимые. Огонь в моей душе разгорелся еще ярче.
Фиолетовые глаза Ксеркса вспыхнули отвращением.
— Потому что я не доверяю никому из них, включая тебя. Я все знаю об альфах и понимаю, как вы, ублюдки, устроены.
Я глубоко вздохнул и ушел по коридору, подальше от него. Он ничего не понимал.
Он и понятия не имел о глубине моей, Джакса или Кобры порочности.
Мы не были альфами из цивилизованного мира зверей, мы были альфами из холодного, пустынного мира перевертышей.
Он не имел ни малейшего представления, с чем имеет дело.
Впрочем, как и я.
Глава 6. Сэди
Кареты и предатели
Меня разбудили от депрессивного сна крики стражников, приказывающие нам двигаться. К сожалению, отдых не оказался восстанавливающим, потому что мне снилась кровь.
В кошмаре Дик избивал меня, пока кровь не брызнула мне в глаза. Сначала она жгла, но потом теплая, липкая субстанция стала почти… успокаивающей.
Я официально сходила с ума.
Вместо того чтобы зацикливаться на своих жутких снах, я без сопротивления позволила стражнику вывести меня из тюрьмы.
Джакс и Кобра рычали и хмурились, но не кидались на стражников, которые направляли в нашу сторону сияющие дубинки.
С грустным, сонным взмахом руки Леголасу, нас вывели из подземелья без объяснений.
Поскольку люди больше не швыряли свои экскременты в мертвого стражника, дела определенно шли на лад.
Кроме того, в отличие от прошлого раза, стражники не толкали меня вперед, ведя нас по коридорам дворца. Они шли на почтительном расстоянии позади, держа пылающие дубинки вытянутыми перед собой в качестве предупреждения.
Наши руки были скованы, и они держали наши длинные цепи, но не толкали нас.
Я понимала их осторожность.
Джакс был настоящим мамонтом среди мужчин и превосходил всех стражников по росту и весу.
Тем временем тело Кобры было покрыто синяками и забрызгано кровью. Хрустальный ошейник на его шее делал его похожим на закованного зверя, и он оскаливал зубы каждый раз, когда на него смотрел стражник.
К тому же не будем забывать, что Джакс раздавил голову стражнику, как виноградину, а Кобра забил стражников до смерти в спальне.
На данный момент я была единственной альфой, которая в приступе ярости никого не убила.
Кто бы мог подумать, что именно я окажусь самой психически стабильной?
Роль, которую я никогда не примеряла на себя.
Пока я шла рядом с ними, мое длинное платье волочилось по полу. Оказалось, что рост в пять с половиной футов делал меня ненормально низкой как в царстве перевертышей, так и в королевстве фейри.
По сравнению с Джаксом и Коброй с их внушительными телами и общей аурой неблагополучия, я выглядела как безобидный ребенок, играющий в переодевание.
Когда мы шли по огромным коридорам, расписанным замысловатыми фресками и покрытым золотой фольгой, я пыталась сориентироваться.