— Только тронь ее и клянусь, ты труп! — прошипел Кобра и перехватил запястье Ашера до того, как тот успел до меня дотронуться.
В отличие от Джакса, остальные альфы расслабляться не собирались. Ашер и Кобра буравили друг друга бешеными взглядами, а Джакс просто шагал вперед, забив большой и толстый на их разборки.
— Вы вообще не умеете отдыхать! — раздраженно крикнула я им через плечо, чисто чтобы прояснить: их агрессивные замашки ни разу не выглядят мило. Мужчинам надо напоминать о том, что они проблемные существа. Желательно почаще.
— Я тебе покажу, как я умею отдыхать, — на автомате огрызнулся Кобра.
— Это что, угроза? — зевнув, спросила я и поудобнее устроилась на теплых грудных мышцах Джакса.
На выпады Кобры мне было глубоко плевать. Этот парень перманентно страдал расстройством кукухи.
— Может, и угроза, — процедил Кобра, но при этом так облизнулся, что это выглядело максимально не угрожающе. Скорее… взгляд излучал голод.
Джакс зарычал громче. И теперь это было не кошачье мурлыканье, а предупреждающий рык держаться подальше.
— Не смей ей угрожать, — отрезал он, баюкая меня на руках так, словно я была какой-то сверхценной реликвией.
Я закивала и теснее прижалась к большому парню, ехидно поглядывая на Кобру через плечо Джакса. Этот ледяной гад сузил свои сногсшибательные изумрудные глаза, прекрасно понимая, какую игру я веду.
В отличие от Джакса, первой реакцией Кобры вовсе не было желание меня обнять. Нет, когда я только-только выползла из клиники, Кобра сгреб меня за плечи и начал орать прямо в лицо. Он долго исходил на говно, распинаясь о том, как глупо я подвергла себя опасности и как непотребно себя вела. Но учитывая, что от него буквально волнами исходило дикое напряжение, я решила простить ему такие хреновые механизмы психологической защиты. Было очевидно, что он безумно за меня испугался и просто паниковал.
Какой-то частью души мне даже льстило, что я устроила такой переполох. Во мне проснулась моя токсичная личность, и гордиться тут было особо нечем. В итоге, пока Кобра брызгал слюной и отчитывал меня, я просто улыбалась и кивала, хотя на самом деле отключилась от разговора в ту же секунду, как он открыл рот. Из всей его тирады я вынесла только одно: он от меня без ума.
Вообще-то, на данном этапе я реально до хрена всего сделала в образе крутой боевой саблезубой тигрицы. Самое время кому-то уже в меня втюриться.
Красивое лицо Кобры во время его криков находилось в считаных дюймах от моего, а изумрудный бриллиант, украшающий его высокие скулы, так заманчиво блестела. Но когда Кобра выкрикнул что-то про послушание, я резко перестала залипать на его красоту и грубо отпихнула его от себя.
Нет, беру свои слова назад.
Ни хрена его энергетика не милая.
Этот чувак просто ебанутый.
Ашер же, напротив, с самого моего выхода из клиники стоял в стороне и не произнес ни слова. Он просто молча буравил меня абсолютно безэмоциональным взглядом. Его челюсть была сжата так крепко, словно он рвался что-то сказать, но не мог извлечь из себя ни звука. При этом выглядел Ашер паршиво. Его татуированная кожа была сплошь покрыта ссадинами и синяками, золотистые волосы потемнели от песка, а кончик одного из ониксовых рогов был отломан. Впрочем, учитывая, что я сама была похожа на ходячий кусок ободранного мяса, не мне судить.
Мне не хотелось с ним разговаривать, но молчание казалось нарушением какого-то негласного этикета. Мне срочно требовалось методичка на тему: «Что делать, если твой предатель ласточкой прыгает с высоты в тысячи футов, чтобы смягчить твое падение о землю»?
Ситуация была запутанной.
Поэтому я выразила свои эмоции как зрелая, рациональная взрослая женщина. Я перевесила половину туловища через руку Джакса, вмазала Ашеру кулаком по плечу и выдала:
— Хорошо поймал!
Все трое мужчин одновременно зарычали.
— Не трогай его! — выплюнул Кобра.
В то время как Ашер рявкнул:
— Никогда больше так не делай, принцесса.
— Что, слишком рано для шуток? — уточнила я, пока Джакс сжимал меня еще крепче и прижимал к груди, словно крошечного котенка, нуждающегося в защите.
Весь оставшийся путь он нес меня с предельной осторожностью, будто я была хрупким цветком, готовым сломаться от малейшей встряски. Каждый раз, когда я говорила, что могу дойти сама, его грудь предупреждающе рокотала, и он прижимал меня еще ближе. Так что я просто откинула голову и расслабилась на его теплых бицепсах, пока мы шагали по мягкой траве сквозь рощу тонких, корявых деревьев. Было чертовски приятно, что меня хоть раз в жизни куда-то несут на руках.