Медленно Джакс пристроился у самого входа в мою киску. Я выгнулась, отчаянно умоляя о толчке. Он посмотрел вниз, туда, где соединялись наши тела, и обильно плюнул себе на ладонь. Размазал слюну по своему члену, а затем потер пальцами мой клитор. Мои ноги затряслись, а желание взлетело до небес при виде того, как этот огромный мужчина готовит меня к соитию. Моя смазка ручьем текла по кончику его члена.
— Ты примешь меня всего, — повторил Джакс, глядя на меня горящими серыми глазами.
Я закивала, хотя это и так было понятно.
Головка Джакса начала медленно входить в меня, пока его пальцы продолжали наяривать мой клитор, и у меня из-под ног ушла земля. Из моего горла вырвался жалобный писк.
Внезапно вся тяжесть надо мной исчезла.
Тело Кобры с размаху впечаталось в Джакса, сбивая его с кровати. Змей зашипел с каким-то странным дребезжанием в груди. Джакс рявкнул в ответ. Я прикусила губу от дикого разочарования, пока по комнате разносились звонкие шлепки. Двое альф принялись со всей дури дубасить друг другу морды.
Джакс швырнул Кобру прямо в стену, и я картинно закатила глаза.
— Она моя! Мой котенок! — взревел Кобра, кряхтя от напряжения, пока они сцеплялись в мертвой хватке, пока Джакс не прижал его к стене.
Джакс издал долгий, низкий рык:
— Мы уже блядь говорили об этом. Нельзя просто владеть кем-то. Это так не работает.
Кобра процедил сквозь зубы, пока они обменивались ударами:
— Но ты же мой. А теперь и она тоже.
Джакс мотнул головой, раскидывая длинные косички, и снова впечатал тело Кобры в стену:
— Учись делиться, нахуй, иначе тебе вообще не придется никем владеть.
— Это что, угроза? — глаза Кобры на мгновение превратились в узкие змеиные щелки.
Впрочем, я быстро отвлеклась от этого драматичного альфа-шоу, потому что дверь в спальню с грохотом распахнулась.
— Что за херня тут происходит? — на пороге стоял Ашер.
Без футболки, с растрепанными золотистыми волосами, в низко сидящих спортивках, которые во всей красе демонстрировали его татуировки и четкую линию паха.
У меня во рту мгновенно пересохло.
Его янтарные глаза вспыхнули, когда он заценил тот факт, что мы с Джаксом оба абсолютно голые. Ашер хмыкнул и поправил свой член в штанах. Его ладони сжались в кулаки, а сам он медленно облизал свои пухлые губы. Он уставился на меня с безумием изголодавшегося дикаря, и я быстренько замоталась в одеяло по самые уши, чтобы скрыть свои шрамы и голую грудь.
Очевидно, альф мои шрамы ни разу не отталкивали, потому что во взгляде ни одного из них не было даже намека на брезгливость. После долгих лет ненависти к собственному телу это было как-то дико.
— Что за хуйня? — прорычал Ксеркс, вырастая за спиной Ашера.
Он тоже был без рубашки, и его кожа, в отличие от забитого татуировками Ашера, оказалась потрясающе чистой и гладкой.
Разумеется, поскольку богиня луны искренне меня ненавидела, Ксеркс тоже обладал идеальными восемью кубиками пресса и убойной паховой V-линией, которая ни разу не уступала линии Ашера. Он был капельку выше и шире Ашера в плечах, и его мышцы чертовски аппетитно перекатывались в полумраке. Длинные белые волосы Ксеркса были слегка растрепаны, аметистовые глаза буквально горели от раздражения, а в руках опасно поблескивали парные кинжалы. Он презрительно фыркнул:
— Вы все просто жалки. Классические дикие альфы.
— Не смотри на нее, — Ашер развернулся и зарычал на Ксеркса, заслоняя меня своим телом.
— Никто из вас не смеет на нее смотреть! — во всю глотку заорал Кобра.
Мы с Джаксом синхронно закатили глаза. Я вообще-то была замотана в кокон из одеяла, ради бога солнца, смотреть там было решительно не на что.
Я демонстративно покашляла:
— Мы можем, пожалуйста, еще хоть немного поспать перед сегодняшней тренировкой? Вы все серьезно больны, и вам всем нужна серьезная психологическая помощь.
Четыре полуголых, до неприличия красивых перевертыша одновременно сузили глаза, уставившись на меня.
Я поджала губы и высказала все как есть:
— Честно говоря, я так жить не могу.
Кобра ехидно оскалился в ответ:
— Честно говоря, котенок, ты будешь жить так, как я тебе скажу.
Джакс тут же снова впечатал его спиной в стену.
Ашер, который так и не перестал пожирать меня взглядом, подошел ближе к кровати: