И тут же услышавшие его замирают, переглядываются со знакомыми — незнакомыми, сейчас это не важно, и моментально срываются с места. На улице начинается паника, а парень стоящий в сторонке ой как хорошо их понимает. У него тоже эта паника начинается.
— Ну твою мать! Почему именно сейчас?! — матерится Джек, вжикая молнией на рюкзаке и подлетая к аптечному окошку.
— Тео, закинешь к себе, я сматываюсь, а тут провизии на неделю, не смогу убежать! — рявкает парнишка.
— Давай сюда! — седоволосый мужчина быстро перехватывает просовываемый в окошко рюкзак и прячет у себя, напоследок крикнув уже сорвавшемуся с места Джеку, — Я сегодня до часу.
— Успею! — выкрикивает на ходу беловолосый, сворачивая с главной улице и убегая в лабиринты узких проулков А7.
«И какого спрашивается хера хранителям порядка взбрело в голову устроить массовый рейд? Вот какого?»
Он без понятия, он просто мчится вперед, вспоминая, где можно спрятаться и переждать в этих дремучих каменных лабиринтах. Давненько он не лазал этими тропками, но выбора сейчас нет. Позади уже слышны противные вяки от сирен и остается только набрасывать в голове план, где конкретно он будет пережидать. Обычно рейды на главных улицах не длятся долго, максимум час, но все-таки будет не очень хорошо этот час где-то бегать и мельтешить. Лучше просто схорониться.
«Лучше просто навсегда!» — едко поддевает внутренний голос, а Фросту хочется застонать. Ну почему именно он вечно попадает под всевозможные облавы и находит приключения на свою задницу?
Пока он думает, переулок заканчивается и перед ним еще одна улица, только эта более пустая и узкая, броневик возможно и поедет, но с маневренностью будет туго. Он прищуривается, понимает, что здесь не лучший выход спрятаться и серой тенью ныряет в бетонные заросли-дома. Правда, Джек просчитывается и почти выбежав к южной заброшенной автостраде натыкается взглядом на целую вереницу патрульных машин, материт на чем свет стоит этих пришибленных хранителей и разворачивается, петляя в обратном направлении.
Всё, он так не может. Лучше уж срежет угол, побежит не прямо назад, а левее, между зданиями и дворовыми площадками, через жилой общежитный комплекс домов, так, чтоб изредка из переулков видеть куда направляется колонна броневиков. Но и тут его ждет засада: за срезанным углом, ближе к востоку, новая колонна машин, поблескивая черно-красным, мелькает за переулками, и сирены включаются как на зло. По сути три квартала хотят взять в кольцо и прошерстить все здесь и дальше к западу или хотя бы там, где смогут проехать.
— Да твою ж мать! — Джек резко тормозит на одной из открытых площадок, возле старых, полуразрушенных домов, и понимает, что ни вперед пробежать ни назад он не сможет. Он попал в это кольцо
И какой, какой к черту побег в другую сторону, когда на всей этой части улиц стоят бронированные пятитонники?
Парнишка понимает, что пока сюда не сунутся, здесь ловить некого, но и он здесь заперт — буфером и единственной оградой между ним и полицейскими служат пару пятиэтажек и четырехэтажек. Беловолосый резко скидывает капюшон и мечется возле одного из зданий, как загнанный зверь. И ни налево, и ни направо. Переулки есть, а за ними броневики и вышедшие какого-то хрена поискать хранители порядка. Да, чтоб этим тварям на месте провалиться!
Он тихо рычит, матерится через слово и думает, что опять попал. Твою ж мать.
«Попетлять меж домами? Найти маленькую лазейку в восточной стороне?»
Фрост смотрит направо и нервно похлопывает себя по карману джинс, таймер скорее всего уже указывает пятый час… Он кусает губы и думает, попытать ли счастье или нет. Вдруг через несколько домов от него есть старые подземные переходы, дорога-то дальше на востоке идет большая.
Конечно, возможно все проходы давно завалены или их облюбовали бомжи и наркоманы, но лучше уж он проверит, чем вот те волки в овечьих, мать их, шкурках пойду проверять общежития, и случайно он на них нарвется.
«Давай Фрост, пробуй, твою ж душу!»
И он пробует, срывается с места, быстро перебегая часть проулков и пару зданий, он уже почти на месте, осталось свернуть в незначительный проход между двумя домами, а там налево и он у дорожной части.
Правда преждевременная радость губит парня и он не сразу слышит резкие разговоры в том проходе, а поняв, что командные окрики принадлежат полицейскому, не успевает повернуть назад, да, даже затормозить не упевает и с неизбежностью влетает в поворот. Никак не ожидая увидеть то, что предстает перед ним:
Стоящий спиной к Джеку офицер держит на прицеле неизвестного, парень не видит кого, подмечает лишь красные руки, поднятые над головой, периферийное зрение, отточенное годами, улавливает еще одного участника событий, лежащего на земле и огромную лужу крови под ним…
— Твою мать… — вырывается у Фроста прежде, чем он понимает, что пиздец как попал.
Но не ожидавший никого со спины полицейский вздрагивает и резко оборачивается. Вид у него затравлено-перепуганный, а трясущейся в руке пистолет теперь направлен на Джека.
— Стоять, сука! — рявкает он.
Но открыть рта парень не успевает, и даже на автомате поднять руки вверх в растянувшееся мгновение, стоявший за офицером неадекват дергает мужчину на себя и в молниеносном отточенном движении перерезает ему глотку ножом.
Выстрел так и не звучит: пистолет выскальзывает из ослабевших рук, с глухим металлическим отзвуком падая на землю, а полицейский, хватаясь за горло, с булькающими звуками теряет сознание и тоже падает, захлебываясь собственной кровью. Джек ошарашено наблюдает произошедшее и на подлость даже не может пошевелиться, только переводит перепуганный взгляд на психа.
Лучше б он этого не делал. Лучше бы сбежал…
У парнишки расширяются зрачки, почти полностью скрывая стальную радужку, и он давится новой порцией воздуха.
— Да ты издеваешься… — срывается легкое с губ. И крыша вновь съезжает.
Комментарий к Глава X Заранее извиняюсь за такое длительное ожидание, но реал дает о себе знать и времени вообще в обрез...)
Всем приятного чтения и спасибо за ваши отзывы, поправки и лайки! Лис вас очень любит:)
====== Глава XI ======
«Сменил, называется маршруты, чтобы его не встретить…»
Вся ситуация настолько абсурдная, не умещающаяся, даже частично, в сознании мальчишки… А он стоит спокойно, во всем черном, глядя сверху вниз на Фроста, и едва ли приподняв в удивлении черную бровь, вытирает об темные камуфляжные брюки запачкавшийся нож. И плевать ему на всё еще дергающегося на земле мужчину, плевать на второго, что, судя по всему, уже умер, на два броневика, что стоят в начале проулка за его спиной…
«И пусть весь мир подождет, твою, блядь, мать…» — ошалело думает Джек, смотря на этого хищника, а сам не может вымолвить и слова. Вспышки прежних встреч обжигают сознание, страх медленно впивается ледяными шипами, но всё это ничто перед тем же злым и пристальным взглядом желтых глаз.
«Как на личную казнь привели…»
Парнишка сглатывает и только сейчас осознает, что их молчание вновь затягивается, а обоим плевать — их это устраивает, и взгляды глаза в глаза, и вновь, как тогда — они изучают друг друга. Вот только посторонние голоса рушат весь чертов вакуум, и Фрост вздрагивает, а Ужас настораживается, прислушиваясь.
«Не лучшее место для гляделок и третьего полноценного свидания, Джек», — подстегивает подсознание, но ему не до ехидного замечания.
Голосов явно больше двух, по знакомым фразам, почти шаблонным, понятно что это полиция возвращается к своим броневикам… Или это коллеги умерших решили проверить, почему возле машин нет своих же. Только вот… Их много, уже слышится больше трех или четырех. Если они сюда сунутся, увидят порезанных офицеров, то травли не избежать, и здесь преимущество и число будет на их стороне.
«И нет же, надо было ему порезать этих двух вот тут. Именно когда на улицах дохренище броневиков, более двух десятков полицейских и идет массовая облава и зачистка по всему кварталу. Чертов ненормальный псих!»
Фрост злится, паникует, понимает, что нужно бежать сейчас и достаточно быстро, но даже так его запросто могут нагнать… И оставаться нельзя, спрятаться не получится. Они за своих убитых перероют эти общаги, как нехрен делать.