А с садизмом тут думаю и так все понятно.
====== Глава XVIII ======
Раскат грома заставляет нахмуриться и мучительно лениво перелечь на другой бок. Он скоро встанет. Обязательно. Только еще несколько минут и встанет…
Организм наконец отошел от пыток и истощения, и вполне адекватно функционировал. Только усталость осталась. А Джек, не смотря на эту усталость, все еще упорно обещает себе встать через треклятые четыре минуты.
Слишком уж быстро они проходят, и новый раскат грома неумолимо врезается в чуткий слух. Фрост повторно морщится и разлепляет глаза, тихо, себе под нос, как мантру, повторяя маты. Паршивая погодка серо-желтого цвета и моросящий дождь за приоткрытым окном… А таймер, вытащенный из-под подушки, издевательски показывает час дня.
Твою ж, он вновь чуть не проспал!
Матеря теперь себя, ублюдочную погоду и случай вновь переться в ненавистный район общаг, он лениво поднимается и начинает в спешке собирать рюкзак. А через пятнадцать минут уже вылетает под моросящие мелкие капли дождя, натягивая серый капюшон до предела и лавируя, исчезает в знакомых лабиринтах.
Джек ни за что бы больше не пошел на эту сделку, на такую работу, но чертова оплата оправдывала все, даже недавнишние хуевые воспоминания и страхи. Общежития. Вновь. Снова курьер. Снова доставить посылку. Благо теперь не тому, кто может там появиться, и о ком он не забывает ни на день.
Даже ни на час. Чертов Ужас.
Добраться до серых переплетённых воедино зданий на этот раз получается быстрее, только вот не так просто, не так легко, внутри все паршиво предательски сжимается. И хоть это случилось не здесь, Джеку все равно не по себе, и от ощущений, и от едкого пропитанного химией тумана, что застилает почти всю видимость, и от ощущения незримой слежки.
Блядский квартал, и блядские чокнутые ублюдки с бандами и шизоидными хакерами. И его, такая же блядская, гори она в аду, паранойя.
Он упрямо фыркает, поправляет по привычке лямки рюкзака и смело идет ко входу в серое здание. На этот раз Фрост постарается сделать все быстро и без эксцессов. Надеется по крайней мере на это. А чертово подсознание все также трусливо молчит, и даже не отвлекает от подступающего к сердцу страха.
Внушение, что ему всего лишь нужно отдать на третьем этаже посылку не примечательному чувачку, фотку которого он получил от адресанта, не помогает. Да даже в квартиру заходить не надо, только передать в коридоре, где его будут ждать и уйти.
Закусив губу и минув мрачный коридор, ставший еще темнее из-за серости погоды снаружи, Фрост быстро взлетает вверх по лестнице на два этажа, и, не обратив внимания на дальние холлы с левой стороны, где кучковался основной косяк одной из банд, он мчится дальше. Главное по-быстрому и так же уйти.
Чувство небезопасности и незащищенности всё еще клубится вокруг него, и царапает и все еще не пришедшие в себя сознание. Но вот он уже на нужном этаже и на удивление посылка передается легко и быстро, свои кредиты он получает наличными и радуется почти как ребенок, быстро уматывая по лестнице обратно вниз. И только на втором сознание приходит в себя, а несколько группок, что стоят в центральном холле замечают его в пролете и странно так ухмыляются.
И не говорите что он попал. И попал на тех самых, которые и были в прошлый раз.
Джек лишь опасливо косится, но сбегает вниз, так не вовремя не заметив еще одну группу которая закрыла лестницу на первый этаж. Херова западня! Мысли вновь начинают путаться и Фрост не найдя ничего более умного решает сбежать в другое здание и уйти там. Ничего сложного, лишь миновать просторный пустой холл второго этажа… Но ничего более паскудного с ним и не могло случиться, как неожиданная тень позади хватает его под локоть. Обернутся в считанные секунды и…
Чертово проклятье… Ужас!
Фрост загнанно дышит, но почти мгновенно успокаивается и даже забывает о неминуемом преследовании, и почти доволен, даже не смотря на уничтожающий взгляд желтых глаз. Однако, всю многогранность момента разрывают многозначительные фразочки идущих к нему, заставляя дернуться и опасливо обернуться.
— Опять… — хрипловатый голос, раздавшийся слишком близко заставляет подскочить на месте, но Фроста прерывают на его панике и дергают за руку, оттаскивая к дальнему пересечению, уводящие в узкие коридоры, и прижимают к стене, недовольно осматривая.
— Молись, чтобы мне не пришлось в этот раз тебя спасать!
— Иначе?
— Иначе ты труп! И да, Фрост, твой лимит исчерпан, — ярость в желтых глазах вопреки словам не пугает, да и вообще, как черт возьми после всего случившегося его можно бояться?
Джек не понимает, и слова вновь принимает за дежурные. Что вообще может быть опасного? Это же его черный хищник… Чертов хищник!
Он вновь в своих мыслях, чокнутых и нереальных, и пропускает момент, а когда осознает двоякость ситуации и близость своего персонального… убийцы, палача, спасителя (?) то вновь задыхается и пытается отвернуться, но ему не дают, жестко хватая за подбородок и заставляя поднять голову.
Ужас снисходителен сегодня или Джеку уже мерещится, но последнее он позорно упускает. И только глупый комок мышц реагирует первым, резко пропустив под сотню ненужных ударов, когда мужчина с ухмылкой сокращает последнее расстояние и… нахально целует его.
— Чё?.. — по разочарованному рявку появившихся и так все понятно, а еще они поняли, кто так по свойски зажал мальчишку у стены, но пойти против не могут.
А Джек уже и не думать о них забыл. О всем, черт дери, забыл! Всего лишь охуевает и сходит с ума одновременно, пытаясь и запомнить этот момент и разорвать его, потому что… невозможно же так!
Нереально! Невыносимо… хорошо.
А его лишь сильнее прижимают к себе, но через мгновение отстраняются и ледяной голос адресован свидетелям:
— Проблемы? — притом так спокойно пожирая взглядом мальчишку и вновь наклоняясь ближе, играя, издеваясь, так, что дыхание сводит на нет и жмет чертову грудную клетку. И Фрост задыхается, снова, теперь по-настоящему, хватая порциями воздух.
— Да нет, какой та-м... Мы… это, поняли короче, — и ещё что-то промямлив ретируются, возможно. Только Джек не поймет, да и не хочет понимать, видеть, отвлекаться и заморачиваться.
Какого. Хуя. Ты. Творишь. Ужас?!
Но это ведь черный тигр, сам, лично, гипнотизирует... и оторваться нет никаких сил. А губы предательски охуенно горят и руки непослушно ползут вверх, пытаясь притянуть своего, всё же палача, ближе.
— Блэк?.. — тихо, почти задушено, потому что сильная рука перемещается на горло и сдавливает сильнее. Потому что тяжело даже без этого что-то произнести. И так по неосторожности облизать губы, совсем забыв, почувствовать чужой вкус, замереть от осознания своих действий и от прожигающего опасного взгляда.
Джек не успевает пикнуть, и новый болезненный поцелуй ощущается на губах.
Твою мать!
Питч!
Какого хуя?!
Но вслух только стон, свой же, неожиданный, несдержанный, словно дорвался, и плевать, что слышны вновь чьи-то шаги рядом и маты. Плевать сука. Болезненная хватка на ребрах нихрена не отрезвляет, а только пьянит, собственные пальцы так жестко и нахально обнимают за шею, и новый задушенный стон вырывается из горла, но Ужас лишь с силой прижимает к стене и углубляет поцелуй.
— Блять, Питч! Сука. Питч, стой же! — порывисто и быстро, пока есть секунды, едва увернувшись и задыхаясь от в момент охватившего жара и безумия. Гребаное безумие, но он вновь забывает обо всем, когда острые зубы с силой вцепляются в шею, и вскрик от неожиданности переходит в хриплый полувой, только не от боли, а от кайфа.
Да, твою ж душу!.. Твою мать, да! Да! Да! Как же долго он этого ждал.
— Питч… — стон, полный безумного желания и такого же безумного отчаяния, срывается с потрескавшихся сухих губ, а глаза распахиваются с новым раскатом грома.
Джек резко подрывается на кровати и тут же каменеет от чертовых трех факторов: осознание всей паскудности ситуации, объект его желаний, давний, сука, объект, и мокрое, блять, пятно на бриджах.