— Гражданин Кейл, вас ожидают, проходите. — Знакомая медсестра приветливо улыбнулась ему. Винсент кивнул и улыбнулся в ответ. Она в хорошем настроении, значит, результаты его тестов не так уж плохи.
— Доброе утро, гражданин Кейл. — Вежливо поздоровался доктор и указал ему на стул напротив себя. — Продолжим нашу беседу. Вы хорошо сегодня спали?
— Не очень, честно говоря. Засиделся за компьютером и поздно пошёл спать. — Винсент пожал плечами. Он солгал так просто и естественно, что даже сам удивился. Полуправда — это не совсем ложь. — Так что утром едва не проспал.
— Что ж вы так себя не бережёте, гражданин Кейл? Я внимательно просмотрел ваши опросники, они немало меня удивили. Конечно, вам пришлось пережить большой стресс, но всё же. — Доктор продолжал улыбаться мягко и участливо, но Винсента от этой улыбки почему-то пробрала дрожь. — Я хотел бы, чтобы вы заполнили ещё одну анкету, а потом побеседуем о том, что произошло.
Винсент кивнул и взял протянутые доктором листы с вопросами. Тест оказался большим и нудным, с повторяющимися переиначенными вопросами, ловушками на честность и явными провокациями. Потом ему пришлось рассказывать о том задании, на котором ранили начальника Гарда. Два раза подряд. Доктор иногда останавливал его, требовал подробностей. Винсент рассказал всё, что смог вспомнить. И факты, и свои эмоции. Да, он был растерян и напуган, да, шокирован, но он уже пришёл в себя. Штатный психолог в клинике поговорил с ним сразу после того, как его туда привезли, перед тем, как отпустить домой.
— Вижу, вы всё ещё пытаетесь подавлять свои эмоции и переживания. Вероятно, вы и сами этого не осознайте. — Доктор поднял руку, не давая Винсенту возразить. — Я смотрю результаты вашего теста, боюсь, вы обманываете самого себя.
— Нет, я не обманываю. Доктор, со мной всё в порядке. Да, я переживал, и сильно, но вы же знаете — я быстро прихожу в себя, хорошо справляюсь со стрессом. — Винсент изо всех сил старался не запаниковать. Он заставлял себя не думать о том, что сейчас скажет доктор, но его мозг безжалостно анализировал данные.
— Да, я всё понимаю, гражданин Кейл. Но вы пережили большой стресс, очень плохо, что вы не обратились ко мне раньше. Вам стоит пройти реабилитацию. — Доктор поднял телефону трубку и нажал кнопку быстрого набора номера. — Зайди ко мне, пожалуйста.
Винсент поражённо молчал, он не мог вымолвить ни слова. Реабилитацию? Сейчас? Он же в порядке! Никакого скрытого стресса в нём нет!
— Ну же, не стоит так волноваться. Просто отдохнёте немного и с новыми силами вернётесь к работе. — Улыбка стала ещё более приторной и фальшивой. — Не стоит нервничать.
Винсент кивнул. Он ничего не мог сделать — попробует доказать или сбежать, одним отдыхом не отделается. Если врач сказал, что он переутомлён, то так оно и есть. Сказался стресс и необычность ситуации. Все законы и правила, весь опыт и привычка сейчас были против него. Решение доктора логично, хотя Винсент и не мог принять его. Объективно всё именно так, как он и говорит.
Дверь открылась, в комнату вошёл крепкий молодой мужчина и невысокая хрупкая женщина лет сорока. Она поздоровалась с доктором и Винсентом, глянув на последнего оценивающе. Она улыбалась, но глаза её были безразличными.
— Гражданин Кейл, пройдите с доктором Дорл. Приятного вам отдыха. — И он вернулся к своим делам.
Винсент покорно последовал за женщиной, сзади него шёл её спутник — на удивление бесшумно при таком росте и массе. Доктор всё решил ещё до их сегодняшней встречи. Та анкета и разговор были нужные ему для отчёта, только и всего. Это всего пара дней. Почему-то Винсенту казалось, что он врёт самому себе.
Центр реабилитации, которым заведовала доктор Дорл, находился в двухэтажном здании, соединённым с центром психокоррекции широким коридором. Фактически это было одно растянутое здание и один центр с двумя ядрами. Одно ядро — проверка граждан и выявление патологий. Второе — помощь гражданам с несильными отклонениями. Войти на территорию центра второго ядра можно было только по спецпропуску, двери закрывались плотно и были очень толстыми. Винсент непонимающе смотрел на сложную систему защиты. Это ведь не тюрьма и не лечебница для душевнобольных. Всего лишь санаторий или что-то вроде того.