— Молодой человек, перестаньте сюда носить барахло. Я в состоянии поухаживать за дамой сам.
Курьер в растерянности посмотрел на незнакомца. Тот поднялся, поравнялся с Вячеславом и произнес:
— Вы даже цветы ей не купили. Учитесь на моем примере.
Он схватил игрушку из рук курьера и, обойдя меня, посадил рядом, оперев об стул. Он кокетливо посмотрел на меня и шепнул:
— Значит, это вы его мамочка, а не наоборот.
Вячеслав схватил черноволосого за плечо и сказал:
— Давай-ка выйдем на улицу, поговорим, как ты позоришь меня перед женщиной.
Он это, конечно, зря. Незнакомец был явно сильнее, под белой тканью выступали мышцы. Они друг с другом препирались, выясняя отношения. А я достала записную книжку и написала свой адрес: Москва, ул. Академика Василенко, д. 14, кв. 3. И протянула незнакомцу со словами:
— Будьте любезны доставить мои подарки по адресу не позднее завтрашнего вечера.
Мужчина явно растерялся, рассматривая мой листок.
— По поводу драк, я их не приемлю, хотите соревнование — сыграйте партию в шахматы, — сказала я и села на своё место.
— Не думаю, что ваш спутник умеет играть в эту игру, — съехидничал незнакомец.
— Вы же освоили, и он справится, — сказала я, подкалывая в ответ.
— Ты сам напрашиваешься, — сказал Вячеслав и дал в челюсть. Интересный вечер, подумала я, отходя от места драки, прихватив с собой бокал вина.
Но, к сожалению, мордобой прекратился быстро, когда незнакомец уложил моего кавалера на пол, разбивая ему нос. Тот и не думал подниматься, в панике осматривая свои окровавленные пальцы. Тут же подбежали официанты и охранники выводить и помогать потерпевшему. Вячеслава увели в туалет. А незнакомец разговаривал с охраной. Он кому-то позвонил и дал трубку одному из охранников, усаживаясь на моё место. Телефон перекочевал в руку управляющего, который был недоволен, но всё-таки выслушал говорившего.
— Давайте мы вас пересадим за столик Ильи Петровича. Нам очень неприятно, что так всё получилось. Мы решим вопрос. Поздравляем вас с покупкой. Ресторан очень хороший, — сказал управляющий, возвращая телефон владельцу.
— Только обслуживание хромает. И я всего лишь совладелец, не надо передо мной лебезить. Пусть этот оплатит половину счёта и катится отсюда, — сказал незнакомец, тыкая указательным пальцем в наш стол.
Я подошла сзади, громко ставя бокал на столешницу, наклоняясь грудью на лицо медведя.
— А может, вы не будете портить мне свидание?
Он стрельнул глазами в мою сторону.
— Я не виноват, что ваш кавалер агрессивный идиот.
— Вы его спровоцировали.
— А вы как мамочка его защищаете. Ему уже сколько, сорок, сорок пять? — Он обернулся ко мне, заглядывая в глаза.
— Хотите быть на его месте? — с издёвкой спросила я.
— Нет, быть на его месте — то же самое, что быть на первой ступени пирамиды Маслоу.
— А вы считаете себя ферзём на шахматной доске?
— С семи лет считать умею.
— Так что нам делать с... — управляющий посмотрел на стол, а потом на меня.
— Пусть сидит, а этого уберите отсюда. — Он поднялся, явно ставя точку в нашем диалоге.
Дальше явно не будет ничего интересного, поэтому я взяла свою сумку и отправилась на выход, не дожидаясь своего ухажёра. Я вызвала такси и поехала домой, предварительно выключив телефон. Не люблю скандалы на ровном месте.
Дома меня ждал тот, кто и должен ждать повелителя ада — адский пёс. Мой ротвейлер по имени Хирон, отожрав большое пузо, даже не сдвинулся с места, когда я пришла. Я нанимала студента сверху, чтоб он гулял с собакой утром и вечером каждый день. Он всё равно рано вставал на учебу, а я, совсем обленившись, спала до девяти утра. Хирон посмотрел на меня нехотя и положил голову на лапы. Я достала из запасов вино за жалкие несколько тысяч и налила в бокал. Мне досталась от родителей неплохая сумма сбережений и четырёхкомнатные апартаменты на первом этаже. Я даже планировала сделать себе отдельный вход, чтобы Хирона выпускать на улицу было удобнее. Но руки так и не дошли. По смете выходило очень дорого.
Когда я была маленькая, я нарушила запрет родителей, выбежала на лестничную клетку и почему-то, обидевшись на них за какое-то непозволение что-то сделать, забежала в лифт. Я ткнула кнопку, как взрослые, потом еще одну, когда лифт закрылся, и застряла между восьмым и девятым этажами. Меня не могли вытащить почти три часа. Всё это время мама сидела около двери, разговаривала со мной. А я сначала пыталась найти выход, пыталась разомкнуть двери, нажимала на все кнопки, но ничего не срабатывало. В один момент я почувствовала, как мне стало страшно навсегда остаться в этой железной маленькой коробке, и я потеряла сознание прямо там. С тех пор я пользуюсь исключительно лестницей. Апартаменты на первом этаже — хорошая штука, чтобы не пользоваться лифтом. Отец их купил именно по этой причине. Он сделал перепланировку квартиры, чтобы мне стало легче, объединил зал и кухню, чтобы я ощущала себя в большом пространстве. Он был замечательным психиатром, а я — его главным объектом для исследований.