— Не кричи. Мои новые «уши» теперь повсюду, и твой визг бьёт по всем моим... условным рецепторам. Да, это я. И да, твой «магический кристалл» теперь, по всей видимости, работает как спиритическая доска. Поздравляю. Ты была права. Все твои кристаллы, карты Таро и энергетические потоки — оказались не такой уж ерундой. Довольна?
— Довольна ли я?! Лил, я в ауте! – голосила подруга. Это же настоящее чудо! Ты — первое неоспоримое доказательство! Мы должны всем рассказать! Мир должен знать!
— Сию секунду выбей эту дурь из головы. – всполошилась Лила. – Никому ни слова. Представь заголовки: «Известный психолог превратилась в Wi—Fi—призрака». Меня либо сочтут шарлатанкой, либо выставят дурочкой, либо, что гораздо хуже, попытаются «изучить» люди в белых халатах или, не дай Бог, военные. А может быть другие маги – откуда мне знать, что у них на уме.
Она «поморгала» экраном для пущей убедительности.
— Я совершенно не рвусь никому ничего доказывать. Единственное, чего я сейчас хочу, — это понять, как вернуться обратно в своё тело. И для этого мне нужна твоя помощь.
—Ладно, ладно, поняла... — Мара, сникла. — Но это же так круто... Ладно. Что делать? Я вся внимание. Мой магический кристалл к твоим услугам.
Лила мысленно вздохнула. Самый сложный этап — пробить стену неверия — был позади. Теперь у неё был союзник в реальном мире. Хаотичный, непредсказуемый, но безгранично преданный. И это было куда больше, чем она могла надеяться несколько часов назад. Теперь можно было начинать действовать.
— Для начала расскажи, как Бенедикт?
— Спит у тебя на подушке, свернулся колечком. С ним всё в порядке.
Хорошо, о коте позаботилась, теперь нужно было разобраться с работой. Она не могла забросить практику. Повезло, что сегодня у неё был выходной, но уже завтра было записано несколько клиентов. Всего она вела двадцать человек, и для психолога, чья работа строилась на доверии и стабильности, внезапно исчезать было непростительно.
— Мара, — напечатала она очередное взывающее сообщение — Мне нужна помощь с моими подопечным. В обычное время я не стала бы нарушать профессиональную тайну, но тут форс мажор. Можешь поработать моим «секретарем» один день и отменить все встречи?
Мара недоуменно уставилась на ноутбук, смахнув со свитера кошачью шерсть.
— Клиентами? Лила, ты серьёзно? Сейчас? Ты в интернете живешь!
— Именно поэтому, — парировала Лила. — У меня на следующую неделю был полностью расписан приём. Они ждут. А я... — она мысленно представила свои стерильные таблицы и песочные часы, — я не могу их подвести. Они не должны думать, что я их бросила.
Мара вздохнула, но кивнула.
— Хорошо. Что делать?
— Позвони им. Всем из моего графика, он находится в синей папке в столе. Скажи... — Лила на секунду замялась, подбирая правдоподобную, но не драматичную ложь. — Скажи, что у меня неожиданная срочная конференция. И что я очень сожалею. Всё.
— И всё? — недоверчиво переспросила Мара.
— И всё. Больше ничего не обещай.
Лила приготовилась к худшему. Она мысленно видела, как клиенты кивают, разочарованно вешают трубку и начинают искать другого специалиста. Её метод, её выстраданная и выстроенная, очная практика — всё это рушилось. Но она не знала, сколько времени проведет в таком состоянии, лучше было не обнадеживать зря. У нее были клиенты, которым нельзя допускать перерыва терапии.
Мара взяла её рабочий телефон и начала обзванивать. Первый звонок, женщина с паническими атаками. Мара, запинаясь, выдала заученную фразу.
— А она не может онлайн? — раздался из трубки неуверенный голос. — Я как раз в декрете, ребёнка не с кем оставить. Мне бы хоть так.
Потом подруга позвонила мужчине с выгоранием.
— Командировка? Понятно. А по видеосвязи? У меня как раз проект горит, в офис выбраться нереально. Был бы только рад.
Третий, четвёртый, пятый... Реакция повторялась с пугающим постоянством. Никто не возмущался. Никто не требовал очных встреч. Напротив, в их голосах слышалось облегчение. Удобно. Не надо никуда ехать. Можно в привычной обстановке.
Когда Мара, ошеломлённая, положила трубку, в комнате повисла тишина.
— Ну что, — наконец сказала она, глядя на чёрный экран. — Поздравляю. Тринадцать твоих клиентов просили заниматься онлайн. Кажется, ты осталась при работе. Я оставила их время как на графике
Лила не ответила. Она сидела в глубинах сети и переваривала этот парадокс. Она так боялась, что её терапия потеряет эффективность без личного контакта, без её кабинета, без тактильных якорей и песка в её часах. А оказалось, что людям была нужна не стерильная комната, а её внимание. Её голос. Её эмоциональный интеллект, даже доставляемый через веб-камеру.