Особенностью слов, как раздражителей, является то, что они в гораздо большей степени, чем первосигнальные ощущения, восприятия и представления, связываются с деятельностью всей коры больших полушарий головного мозга, приобретают в связи с этим обобщённый характер, отвлекаются от конкретных особенностей непосредственных раздражителей и взаимодействуют с прежним опытом человека в его обобщённой форме.
Для механизма произвольных действий огромное значение имеет эта возможность образования новых временных связей с помощью речи: благодаря своим особенностям каждое слово-раздражитель может вступать в бесчисленные связи с другими раздражителями и соответственно с самыми различными движениями, что составляет основу сознательного овладения новыми видами действий.
Этими особенностями слова, как раздражителя, объясняется также и то, что временные связи, устанавливаемые с помощью речевой деятельности, в ряде случаев возникают как бы внезапно, с первого же сочетания. В действительности же здесь имеет место опора на оживляемый с помощью слова предшествующий опыт и сохранившиеся в нём ранее выработанные временные связи. Благодаря обобщённому и отвлечённому характеру слов-раздражителей становится возможным перенос связей, образовавшихся при выработке условного рефлекса в данных определённых условиях, и на другие виды действий, в которых имеется наличие аналогичной закономерности.
Ученик, научившийся произвольно преодолевать трудности при решении математических задач, легче справляется с затруднениями, возникающими и при других видах учебной работы. Мы говорим, что в процессе решения задач он научился сознательно применять необходимые усилия для преодоления вообще трудностей, которые перед ним могут встать.
В процессе формирования произвольных действий нервное возбуждение, вызванное словом, вначале, как и при всех других раздражителях, иррадиирует и затем концентрируется под воздействием тех или других подкреплений. Однако и здесь слова-раздражители имеют свои особенности.
Прежде всего при речевых условных рефлексах широта процесса иррадиации, его распространение по всей площади коры неизмеримо превосходит всё то, что в этом отношении наблюдается при образовании условных рефлексов на первосигнальные раздражители. Если, несмотря на это, речевые условные рефлексы отличаются строгой определённостью и высокой целесообразностью, то это объясняется особым характером иррадиации процессов возбуждения и торможения, вызванных словесными раздражителями. Здесь имеет место элективная (избирательная) иррадиация корковых процессов.
Временные связи, образовавшиеся в первой сигнальной системе, благодаря элективной иррадиации получают своё более или менее полное и точное отражение в словесной форме во второй сигнальной системе, и наоборот, второсигнальные связи отражаются в первой сигнальной системе и соответственно в движениях. Однако в этом втором случае слово-раздражитель связывается не механически всегда с одним и тем же перво-сигнальным образом и движением, а избирательно, в соответствии с дополнительными условиями, в которых произносится данное слово.
Так, например, слово «марш» будет воспринято как сигнал к началу упражнения и вызовет за собой соответствующее действие лишь в условиях соревнования или занятий физическими упражнениями. В других условиях, например при беседе на музыкальные темы, оно получит совершенно другое отражение в первой сигнальной системе и будет воспринято как название определённого по ритму музыкального произведения. Элективная иррадиация является, таким образом, весьма важным механизмом взаимосвязи между первой и второй сигнальными системами, обеспечивающим возможность очень дифференцированных целесообразных действий.
Во-вторых, процесс иррадиации при речевых условных рефлексах сменяется концентрированным течением корковых процессов на основе подкрепления, как правило, не безусловными, а речевыми же раздражениями. Благодаря этому новые временные связи, составляющие характерную черту произвольных действий, образуются в громадном большинстве случаев путём «речевого подкрепления», являются, как обозначает их А. Г. Иванов-Смоленский, условно-условными рефлексами, в противоположность условно-безусловным, которые характерны для непроизвольных действий.
Во всяком произвольном действии человек побуждает себя к его выполнению путём словесно формулированных доводов и обоснований. Это же имеет место и в тех случаях, когда мы побуждаем к действию других людей, например в процессе обучения, применяя словесные объяснения и доказательства. Усвоение учеником в процессе обучения новых движений всегда требует направленного речевого подкрепления со стороны преподавателя, указывающего ученику характерные особенности изучаемого движения, обращающего его внимание на допущенные ошибки и требующего их исправления.