— Если ты отобьёшь мне жизненно важные органы, я прострелю тебе колени, - рявкнул я, и она замерла. — Скажи, что ты пошутил, - едва дыша проговорила Луна. — Ни за что. Оставшийся путь мы преодолели на удивление быстро, без причинения вреда моему телу. Не то чтобы, мне было больно от её едва уловимых ударов, но мне нравилось, когда она испытывала ужас при виде меня. Надо полагать, меня это возбуждало.
Луна.
Мои глаза расширились, когда на экране телевизора я увидела собственный пентхаус. Никак иное, это был кабинет моего отца. Какого черта мы делали в кабинете папы, и откуда у этого парня запись с камер, доступ к которым совершенно точно закрыт. Во мне нарастала тревога, как только он воспроизвел ролик мой желудок сделал кульбит и опустился в пятки, когда на экране появилась его голая задница, и я сидящая на отцовском письменном столе. Исключительно в одних туфлях. Мне пришлось вдохнуть в себя побольше воздуха, чтобы не закрыть лицо ладонями от стыда. Было ли мне стыдно за лучший секс в моей жизни? Определенно нет. Я сгорала от стыда, что он произошел в покоях моего отца. Час назад я пела браваду Алексу, о том, что он поступает, как аморальный ублюдок и с уверенностью планировала отказаться ему помогать. Но вариант будь-стервой-и-поставь-его-на-место провалился в бездну, разрушая по пути мое представление о крутости. Я облажалась, в тот самый момент, когда на экране послышался мой мягкий баритон, который выкрикивал Алексу пароль от сейфа. Сейф в котором, как я знала, было всё, что могло разрушить счастливое семейство Вишер. Проглотив комок клубившихся слез, которые так и норовили вырваться из меня, как тайфун саомай, который унес сотни тысяч людей, я вздернула подбородок сосредотачиваясь на своей дрожащей нижней губе, подобно скачущей собачке на приборной панели чьей нибудь машины. Что тебе нужно, - отчеканила я яростно наблюдая за ухмылкой голубоглазого манипулятора. Ты очень проницательная, - сказал тот и встал с кресла приближаясь к экрану, чтобы погасить его, - всего лишь изображай мою пару до конца отпуска, как только я получу всю нужную информацию, исчезну из жизни мышки Вишер. Мои глаза округлились от его хамства, во-первых он собирался заставить меня лгать своим близким, во-вторых благодаря мне он собирался выпытать важную информацию о моем отце, и в-третьих кто этот хер вообще такой. Я шумно вздохнула и закрыла лицо руками, пытаясь побороть зноб плывущий по моему телу. Либо я потеряю доверие отца и его хорошее отношение, либо сделаю вид, что помогаю этому психопату и избавлюсь от него задолго до окончания отпуска. Луна Вишер так просто не сдается, ты не знаешь с кем связался, сукин ты сын.
— Хорошо, - вскидываю подбородок и смотрю ему в глаза. На его лице написано явное отвращение ко мне. Как тогда мы...Нет. Сейчас не время вспоминать ту ночь. Он же просто контуженный кретин. Вдруг он молча начинает надвигаться на меня и от ужаса в его взгляде я готова обмочиться, как мама кошка при виде птерадактеля.
— Договорились, детка, - бесстрастно говорит он и выходит из моего номера, так больше и не взглянув в мою сторону. Я остаюсь в темной и тихой комнате, слушая как его тяжелые шаги удаляются прочь. Ты только что подписала сделку с дьяволом, надеясь его обмануть и выиграть. Сможешь ли ты, Луна, или это сломает тебя.
Спустя час в номер заваливается Деви, которую придерживает некто иной как Ретт Гётс. Вот так встреча, бурчу я себе под нос и шмыгаю потирая тыльной стороной ладони свои слезы. Она громко хохочет над тем что он шепчет ей на ухо, в то время как он резко останавливается у изголовья её кровати и кидает усмехающийся взгляд в мою сторону. Эти братья точно моральные уроды.
— Луна, - вопит моя лучшая подруга и кидается ко мне в объятия, от неё пахнет дорогим алкоголем, дорогими мужскими духами и травкой.
— Иисус, Дев, ты что обдолбалась? - спрашиваю я, и недобро киваю в сторону её спутника. Он безмятежно пожимает плечами и подходит к моей подруге, от чего мои наболевшие глаза просто вылетают из орбит, когда Ретт целует её в макушку и желает доброй ночи, нешумно закрывая за собой дверь. Когда я поднимаю взгляд, Дев вскакивает с пола и с ужасом таращиться на мое опухшее от слез лицо.