- Время чистить зубы и ложиться спать, - мягко проворковала она и я хмурясь встал с дивана. Спорить с Мией Кёниг все равно, что подписывать смертный приговор лёжа в гробу, слушая стук забивающихся гвоздей. Возможно даже мой отец боялся ее, но то, как она встревоженно вела себя этим вечером заставило меня напрячься.
- Покорность не твой конек, - прогремела мама, возвышаясь надо мной, - Я сказала живо в кровать, - указала она жестом на лестницу ведущую на второй этаж.
- Иду, - прикрикнул я, забегая на ступени.
Сон полностью заполнил мое сознание, красочное сновидение молниеносно готово было ворваться в мою голову, но прогремевший звук с первого этажа заставил меня подорваться и побежать к двери. Я знал, что буду наказан если меня застукают, потому я ловко перескочил порог, и на носочках огибал скрипящие участки деревянных полов, стараясь как можно тише подойти к источнику звука.
- Я же просила тебя закончить это, Алекс не должен превратиться в чудовище - кричала мама, и я наклонился чтобы получше рассмотреть масштаб проблемы.
- Милая, - шептал отец, держась рукой за бок, из которого сочилась красная жидкость.
В ужасе я отскочил от увиденного и ударился спиной о перила, издавая скулящий звук. Вот ты и попался малыш. В моих висках глухо застучало, и я попытался подняться. Надо мной стояла озабоченная мать, которая изо всех сил пыталась прикрыть собой сидящего на пороге отца.
- Я велела тебе спать, - разрезал грозный рев воздух, и я поднял испуганный взгляд на нее.
- Прости,я..я услышал шум, - заикаясь оправдывался я.
- Не ругай его, - едва слышно проговорил мужчина за спиной и встал. - Сынок, тебе следует подняться в свою комнату, скоро папа почитает тебе сказку, - ласково отозвался голос и я услышал рычание, затем глухой удар.
- Адриан, - испустила вопль мама и подбежала к отцу, который лежал на полу. Когда я поднялся, чтобы понять, что произошло. Мои зрачки расширились, ноги стали ватными, я больше не слышал, что кричала моя мама, я наблюдал, как на мраморном полу лежал мой отец, его рубашка была пропитана кровью, которая доставала каждый дюйм их тел, его перепачканные руки и лицо свидетельствовали о том, что он дрался, побледневшие губы которые обрамляли его искаженно-серое лицо от боли, казались уменьшились в несколько раз, настолько сильно он их сжимал. Я не помню, как кто-то схватил меня на руки, чтобы оттащить, из немого ступора меня вырвал громкий выстрел заставляющий весь дом содрогнуться от шума, звенящих осколок, разбивая вдребезги окна.
Сведя брови к переносице, я крепко сжал челюсть ощущая бурлящее кипение по моим венам. Некогда детский страх перерос в настоящую бурю, нескончаемого гнева и отвращения к самому себе. Если бы моя мама была жива, она бы разочаровалась глядя на меня. Перед ней стоял монстр, который не знал, что такое прощение. Я был воплощением того, что она так ненавидела в моем отце. Мой желудок скрутило тугой нитью, во рту пересохло, я упал на колени устремляя взгляд на бескрайний океан. Мне хотелось кричать, хотелось свернуться клубком у маминых ног, ощущая, как ее тонкая ладонь гладит мои волосы, напевая мне колыбельную перед сном. Глаза обжигали подступившие слезы, и я закричал, так громко, что боль в моей груди стремительно понеслась по моему телу, по ощущениям мне ломали каждое ребро по очереди. Я склонил голову над набережной, колотя кулаками по влажному песку. - Я не стал тем, кем ты хотела меня видеть, - прошептал я, едва открыв рот, - Прости меня, ма, - взревел я от досады и сжал кулак, загребая в него пыль, плывущую сквозь мои пальцы.
В полдень я двигался по вертолетной площадке, махнув рукой обращая на себя внимание мужчины, сидевшего в кабине. Все шло по плану, как я и сказал, Нилс Вишер вызвал свой личный самолет в ту же секунду, как ему стало известно об утечке документ. Пока он размахивая руками на своем балконе пытался понять, кто это был, его ассистент лишь вздыхал на проводе, в попытках объясниться, как они могли утерять столь важные бумаги, и потерять доступ к камерам видеонаблюдения.
- Эй, - крикнул я, привлекая его внимание.
- Чем могу помочь, - сощурился мужчина средних лет, его лицо обрамляли густые черные усы и я усмехнулся.
- Я новый пилот мистера Вишера, - непогрешимо рассказывал небылицы я.
- Еще один? - с нескрываемым удивлением спросил мужчина, и я пошатнулся.
В мои планы не входил этот казус. Накануне вечером я навел справки, проверил каждого работника его сети, его пилотов и сопровождающих. В сведениях не было сказано о смене пилота, если только он не был страховочным вариантом Вишера, который был прислан утром.