Глава 13.
Алекс.
Я бежал под проливным дождем разгребая руками зеленые заросли. Стебли деревьев ударяли по рукам, заставляя мое тело неистово гореть. Я не знаю, были ли они ядовитые, но времени вспоминать уроки ботаники и биологии у меня совсем не было. Я выбежал на открытое поле и выругался себе под нос. Просто охренеть. Поле тянулось на несколько километров вперед и было как на ладони. Все по плану. Здесь меня и убьют. Я обернулся, чтобы исследовать местность, и тяжело выдохнул. Я и не заметил, как сильно устал, пока не остановился на перевал. Мои легкие горели, а желудок скрутило тугим узлом. Я хватал ртом прохладный воздух, ощущая как соленая вода попадает на мой язык. Дождь смешался с грязью на моем лице, и тонкими струйками падал с моих волос, образуя замысловатые линии к моему подбородку. Пахло сырой землей и хвойным лесом. Я услышал приближающиеся крики, и рванул наперерез по полю, перепрыгивая сваливавшиеся от ветров деревья, и валуны падающие со скалистых гор. Я хотел, чтобы это оказалось ночным кошмаром, а когда я открыл глаза, мой отец снова обменивался колкостями с Нилсом. В этот раз мне не суждено было проснуться, потому что это был мой персональный кошмар на яву. После крушения нашего Боинга прошло около пяти дней, мы прочесывали местность, пытаясь подобраться ближе к трассе или населенному пункту. В итоге мы только плутали, возвращаясь на одно и то же место. Каждый из нас владел первоклассными навыками выживания, это помогло нам добывать пищу и остаться на плаву. Силы иссякали в нас каждый день, и вставать на поиски тропы становилось сложнее. Сегодня ранним утром я услышал истошный вопль, и подскочил, чтобы понять, что произошло. Мои глаза едва могли привыкнуть к темноте и я прищурился стараясь разглядеть что-то. Отец что-то невнятно махал мне, а затем когда сонная пелена сползла с моих глаз, я округлил их понимая, что его одежда пропитана кровью, а руки зажимают живот Нилса Вишера.