— Ах ты ублюдок, - заорал приятель покойной тушки и наставил на меня ствол.
БАМ.
Я замер.
Передо мной упало тело, закатив глаза. Я услышал сдавленный кашель и отпихнул его ногой, переворачивая на спину. Его лицо было залито собственной кровью, которая стекала струйкой из уголков его губ.
— Не надо было мне угрожать, - закатив глаза я поднял руку и сделал ряд выстрелов в промежность меж его глаз.
Я обшарил их карманы, вынимая оттуда все содержимое. Забрав мобильники, ключи от машины я скинул два тела с обрыва, наблюдая как их кости ломаются в щепки при каждом ударе об очередную скалу, на пути к бездне. Господи Иисусе, зрелище не для слабонервных.
Я вернулся в лагерь через час, по моим подсчетам и звякнул ключами, подбегая к отцу.
— Как он, - поинтересовался я, смывая кровь с рук в бурлящей рядом реке.
— Еще жив, - отозвался отец и поднялся заставляя Нилса издать вопль боли.
— Какой нежный, - закатил я глаза и принялся помогать ему поднять Вишера на ноги.
Через четверть часа я бежал по ярко освещенному коридору давая наставления врачам, что в моей машине раненный пассажир. Когда медсестра услышала имя потерпевшего, она ринулась к носилкам судорожно выпихивая всех на улицу. Еще через четверть Вишера подключили к капельницам и его состоянию ничего не угрожало.
— Не знаю как вам удалось, но он потерял мало крови, - врач потер потный лоб и улыбнулся, — Даже не попала инфекция. - в недоумении заключил он и махнул рукой. — Вам нужен врач? - поинтересовался доктор оглядывая меня с ног до головы.
— Пожалуй только душ, - криво улыбнулся я.
— Что ж, спасибо, господин ...
— Алекс Кёниг.
— Господин Кёниг, вы спасли ему жизнь. Да, вам придется ответить на несколько вопросов полиции, дайте знать когда будете готовы.
Никогда. По моей спине пробежал ледяной холодок, точно кубики льда сдающие ГТО в школьном дворе. Полиция не то с чем я готов иметь дело. Я должен найти Игнаса и получить ответы. Сначала мне ответит человек, который утроил на меня охоту. Затем я потребую ответы от своего отца, который благополучно сбежал, стояло нам оказаться на въезде в город.
— Сынок, я найду тебя, не дай ему умереть - пообещал он, и в моей груди болезненно сжалось.
Затем накинул капюшон и скрылся за углом, в кишащей толпе туристов.
По моей щеке глухо ударилась ладонь, и я пошатнулся возвращаясь в реальность. После холодной улицы, мое лицо покалывало. Удар заставил мою щеку вспыхнуть огнём, что заставило мою челюсть прийти в действие и слегка ей размять.
— Вот это удар, - откашлялся я, ловя очередную порцию леща. — Луна, угомони свои таланты, - предупредил я.
В её глазах стояла пелена слез. Её яркие голубые глаза были безжизненными и едва казались тускло серыми, в достаточно освещенном помещении. Её щеки впали, а губы были искусаны. Темные круги под глазами обрамляли её лицо. Она дрожала напротив меня, от холода, ужаса и страха одновременно. С её волос капали капли воды, и я провел взглядом по её промокшей одежде. На её ногах были кроссовки, выглядевшие так, как будто она бежала марафон целую неделю, не имея доступа к воде. Серый спортивный костюм скрывал её формы, и она казалась еще более крошечной чем являлась в жизни.
— Ты убил его, - вырвалось у нее неуверенно и с хлипом от чего мои брови поползи вверх.
— Еще раз спасибо Алекс, - проворковал врач хлопая меня по плечу, - Если бы не вы, мистер Вишер мог бы не выжить.
На лице Луны отобразилась гримаса отвращения, ужаса, а затем непонимания. Вот это да. Столько эмоций за секунду. Она выхватила руку и зажала рот ладонью, как из её горла вырвался горький крик. С её глаз покатились слезы и она бы рухнула на мраморный пол, не подхвати я её на руки.
— Мой отец жив, - прошептала она, заливаясь слезами. — Он жив, - вторила она, уставясь на меня.
Я не знаю сколько мы так стояли, но я держал ну руках хрупкое тело Луны, которая крепко обхватила мою шею, то и дело заставляя меня содрогаться от её всхлипов и шмыганья над моим ухом. Когда звуки рыданий стихли, я имел совесть отодвинуть рукой её прилипшие пряди волос от лица, заправляя за ухо.
— Эй, ты в порядке, - спросил я, и на меня поднялись раскрасневшиеся глаза. Мне стояло немыслимых усилий чтобы оторвать её от себя и поставить на ноги, придерживая за локоть. Больше всего я хотел кричать как мне жаль, что я мудак, просить прощение и возможно даже встать на колени, если бы это имело смысл. Я приготовился к самому худшему, что она с новыми силами примется колотить меня по лицу, я ей это позволю. Кричать. Говорить, что я убийца, как она меня ненавидит. Я был готов ко всему ужасу, который она готова мне преподнести. Но когда я снова взглянул на неё, её глаза улыбались, а губы были слегка приоткрыты.
— Ты тоже жив, - с придыхом сказала она и кинулась ко мне, жадно впиваясь в мои губы. Я ощутил, как её ладонь прижалась к моей груди, и она настойчиво просунула язык в мой рот, углубляя наш поцелуй. Решим проблемы по мере их поступления. Отсигналил мой мозг. Я обхватил её затылок ладонью, крепче прижимая к своему телу, от чего из неё вырвался грохочущий стон. Мой член подал признак жизни, и она ощутив это прикусила мою нижнюю губу оттягивая её. Господи Иисусе, эта женщина станет моей погибелью.