– Так смешно же!
– Это точно. Я уговорила нашего генерального на прошлом тренинге личностного роста имени нашего высокооплачиваемого художественного свиста вместе с сертификатом вручать каждому лопату. Он мне – зачем, мол? А глазки бегают. «Затем, – говорю, – чтобы на деле постигали применение модели вычитания, которая есть не что иное, как удаление из стратегии элементов, не имеющих функционального значения!» И это ничтожество, но ничтожество, надо признать, умное и временами даже остроумное, шутку моего чёрного юмора оценил – подарочные лопаты заказал. Со слоганом: «Постигни модель вычитания!» Мне, правда, мог бы и премию выписать…
– Применяли?
– Принимали! Торжественно, как пионерский галстук. Во всю ширь методологии. Ни один не улыбнулся, вудуисты хреновы!
– Ты, Ларионова, кого хочешь разведёшь, когда тебе от этого ни холодно ни жарко! – уже вовсю веселилась Зинка. – Пусть спасибо скажут, что ты им половники с дырочками в ручке для бирки со слоганом не втюхала! «От тюрьмы и от сумы…» Ну, пипец!]
Спустя час перезвонила тётка-агент «от Грабовской».
«Зинка на тропе востребованности! Учись, Санечка!»
В результате телефонных переговоров было решено сегодня же вечером смотреть уютную квартирку «всего» за…
– Это потому что срочно! Не опаздывайте! – строго сказала агент.
– У них всегда всё срочно. Не придавай этому никакого значения, – напутствовала Зина. – Крути носом. Щупай трубы. Сомневайся. Потенциальный съёмщик смотрит на хозяев, как на говно.
– А разве не наоборот?
– И наоборот. Это такая игра. Они делают вид, что таких, как ты, – двести в очереди. Ты делаешь вид, что таких, как они – миллион. Это как покер – кто кого переблефует.
– А нельзя честно? Например: «Мне совсем не нравится ваша дыра, но у меня нет другого выхода! И денег, кстати, тоже. Поэтому я могу вам заплатить столько-то и ни копейкой больше!»
– Да, кстати, не забудь: с оплатой коммунальных услуг или без – это важно. Торгуйся с пеной у рта. В Турции на рынке была? Вот так и тут. Уходи. Пусть догоняют. Но не перебарщивай – вдруг у них артрит!
– Может, со мной сходишь?
– Прости, дорогая, сегодня не могу.
Вечером Сашка около получаса ждала тётку-агента в каких-то немыслимых лабиринтах ларьков, подземных переходов и автобусных остановок. Настолько немыслимых, что Москвой это было сложно назвать. После – они вместе ещё около часа ждали «порядочную» хозяйку. Успев скурить пачку сигарет на двоих и обсудить все аспекты нелёгкого агентского бытия. Со слов тётки выходило, что работает она, в общем-то, из любви к таким, как Сашка, а вовсе не за деньги. Потому что это – не деньги. Но если Сашка захочет купить приличную квартиру или дом, то пусть обращается к ней. Вот как раз сейчас буквально даром отдают «один особнячок» на Новой Риге. Потому что «срочно»…
– На почку поменяют?
– Что? – не поняла увлёкшаяся тётка.
– Могу предложить почку за «горящую путёвку» в особняк. Больше нечего.
Та рассмеялась.
– Простите.
– Да, ладно… У каждого своя профессиональная деформация.
– Это точно.
«Спаси, Боже, и сохрани от синдрома коммивояжера с полной шляпой некондиционных кроликов! Сотрудники «канадской компании» последний раз приветствуют вас!»
Анонсированное как «однокомнатная квартира в отличном состоянии, с мебелью» жилище оказалось классическим сараем, в котором даже не удосужились помыть полы. Если в комнате ещё просто клубились «лохматые шарики», то проход по кухонному покрытию – криво брошенному куску никаким образом не закреплённого линолеума – напоминал передвижения по растёкшемуся битуму. Обувь прилипала и отдиралась от поверхности с характерным треском. Под линолеумом зловеще хрустело.
– Чуть запылилось: как прабабушке сорок дней справили, так тут ни разу не были. Немного приберёте, половички постелите из Икеи – и шик, блеск, красота! – уверенно ворковала хозяйка. Тётка-агент согласно трусила головой, мол, чего сомневаешься, Ларионова, – натуральный Версаль!
«Чуть запылилось?! Пылилось, видимо, с девяти до сорока. На «праздновании» которых вы «помыли» полы кофе, чаем и лимонадом. Для пущего эффекта!»