Пораженный, я уставился на него.
— Понимаю, — кивнул я, совершенно ничего не понимая. — Значит, ни одна из двух девушек, которых я только что встретил, не является…
Странно улыбнувшись, он покачал головой.
— Насколько мне известно, нет, мистер Робертс.
— Значит, вы хотите доверить нам опеку до тех пор, пока не будет найдена ваша дочь?
— Вы так говорите, — поморщился он, — будто я отдам концы в любой момент. — Бертрам снова слегка захрипел, и я догадался, что, вероятно, он рассмеялся. — Но вы правы. И все-таки я надеюсь дожить до того момента, когда смогу обнять свою дочь. Видите ли, я полагаю, что она находится с нами на острове.
Я невольно оглянулся через плечо.
— Она здесь уже две недели, — услужливо вставил Лофтинг, — как и все они.
— Все? — Я решил оставаться невозмутимым, несмотря на потрясение.
— Да, — прохрипел Брэдстоун. — С нами пребывают семь молодых леди, любая из которых может оказаться моей дочерью. Но возможно, мне стоит предпринять попытку разъяснить ситуацию целиком, чтобы вы решили, что можно сделать. Именно этого я и жду от вас.
— Я считал, что меня пригласили, чтобы сформулировать вашу последнюю волю и составить завещание, — подчеркнул я.
— И для этого тоже, — согласился он. — Но прежде надо найти мою дочь. Совершенно ясно, что я не могу оставить ей свои деньги, не зная, кто она такая.
— Совершенно ясно, — согласился я. — Если быть более точным, по крайней мере, без вашей на то воли она их не получит.
— Точно. А теперь позвольте мне начать сначала. — Брэдстоун наклонился вперед к столу и оперся на него тонкими руками, заранее предвидя, что история будет долгой и ему понадобится отдых. — Хотя в то время мне уже исполнилось шестьдесят три года, мы будем называть это началом. — Он хихикнул, и его взгляд сосредоточился на зеленом сукне столешницы. — Сделав удачную деловую карьеру, создав финансовую империю и накопив солидное состояние, как многие мужчины в этом возрасте, я неожиданно осознал, что достиг преклонных лет, не получив никакой радости от жизни. Поэтому я твердо решил предпринять то, чего я уже давно не делал. Я вознамерился соблазнить женщину. Молодую красивую женщину, полную жизни и энергии, которая обновила бы запасы моих собственных иссякших ресурсов и, возможно, воскресила бы мою ушедшую молодость. — Старик замолчал и оторвал взгляд от столешницы. Я улыбнулся ему той из своих улыбок, которая предназначалась для того, чтобы вселять присутствие духа в клиентов. — Не слишком-то оригинальная история, мистер Робертс, не так ли? Вероятно, вы слышали подобное и раньше. За исключением того, что в данном случае я не потерял ни головы, ни сердца. Короче, я бросился во все тяжкие. Но когда роман закончился, молодая леди храбро объявила мне о своей беременности, и я понял, что с меня достаточно.
— Значит, вам этого хватило, а что же с дамой?
Брэдстоун приподнял брови.
— Конечно же она хотела денег. О нет, она меня никогда не любила! Мне к тому времени уже стукнуло шестьдесят пять, помните. Итак, я дал ей все, чего она хотела, поскольку она мне дала то, чего хотел я, и прекрасно сознавал, что ничего подобного больше в жизни не получу. Бес в ребро — это было мое последнее приключение. Моя лебединая песня, как говорится. После этого я вернулся к своему бизнесу и чертовски здорово с ним управлялся до последних дней. — Он задумчиво улыбнулся. Я засомневался, получал ли старикан от подружки такое же удовольствие, как от процесса делания денег. — Теперь, как вам известно, мне восемьдесят семь, — добавил он радостно. — И до сих пор я в состоянии обставить всех этих подхалимов, которые уверены, что знают больше, чем выживший из ума старик.
— Сколько вы ей заплатили?
— Сколько? — Брэдстоун нерешительно посмотрел на меня. — О, вы имеете в виду молодую леди, о которой я упомянул?
— Мать вашей дочери, — услужливо подсказал я.
— Сто тысяч долларов, — без доли манерности назвал он сумму и добавил: — Думаю, я был щедр.
— Щедрость — не мера вашей платежеспособности, — заметил я. — Прошу вас, мистер Брэдстоун, давайте оставим воспоминания и приступим к анализу фактов. Итак, вы имели любовную интрижку с барышней, и неудивительно, что она обнаружила, что беременна. Тогда она исчезла, верно? И что произошло потом?
Лофтинг, по-прежнему стоявший рядом с финансистом, с высоты своего роста бросил на меня угрожающий взгляд, но я проигнорировал его.
— Ничего не произошло. — Брэдстоун пожал плечами. — Она взяла сто тысяч, и больше я ее не видел. Если честно, я меньше всего хотел ее видеть. И вот, в прошлом году, когда я узнал наверняка, что умру в течение двенадцати месяцев, я вспомнил о ней. И о ребенке.