374 В. И. ЛЕНИН
Потому, что, пренебрежительно относясь к социалистической идеологии и желая
опереться заодно и в равной мере и на интеллигенцию, и на пролетариат, и на кресть
янство, партия социалистов-революционеров тем самым неизбежно (независимо от ее
воли) ведет к политическому и идейному порабощению русского пролетариата русской
буржуазной демократией. Пренебрежительное отношение к теории, уклончивость и ви
ляние по отношению к социалистргческой идеологии неминуемо играет на руку идео
логии буржуазной. Русская интеллигенция и русское крестьянство, как социальные
слои, сопоставляемыес пролетариатом, могут быть опорой только буржуазно-
демократическогодвижения. Это не только соображение, обязательно вытекающее из
всего нашего учения (по которому, напр., мелкий производитель лишь постольку явля
ется революционным, поскольку он порывает все счеты с обществом товарного хозяй
ства и капитализма и переходит на точку зрения пролетариата), — нет, это, кроме того,
и прямой факт, начинающий сказываться уже теперь. А в момент политического пере
ворота и на другой день после этого переворота этот факт неизбежно скажется еще с
гораздо большею силой. Социал-революционаризм есть одно из тех проявлений мелко
буржуазной идейной неустойчивости и мелкобуржуазной вульгаризации социализма, с
которыми социал-демократия всегда должна и будет вести решительную войну.
Потому, что уже те практически-программные требования, которые соц.-рев. ус
пели — не скажу: выставить, а хотя бы: наметить, обнаружили уже с полной ясностью,
какой громадный вред приносит на практике беспринципность этого направления. На
пример, аграрная программа-минимум, набросанная в № 8 «Революционной России» 144
(может быть, вернее было бы сказать: разбросанная среди избитых посылок нашего на
родничества?), во-первых, вводит в заблуждение и крестьянство, обещая ему «мини
мум» — социализацию земли, и рабочий класс, поселяя в нем совершенно неверные
представления о действительном характере
ПОЧЕМУ С.-Д. ДОЛЖНА ОБЪЯВИТЬ ВОЙНУ С.-Р.? 375
крестьянского движения. Такие легкомысленные обещания только компрометируют революционную партию вообще и в частности учение научного социализма об обобществлении всех средств производства, как нашей конечной цели. Во-вторых, ставя в свою программу-минимум поддержку и развитие коопераций, социалисты-революционеры совершенно сходят тем самым с почвы революционной борьбы и принижают свой якобы социализм до уровня самого дюжинного мелкобуржуазного реформаторства. В-третьих, восставши против требования социал-демократии уничтожить все средневековые путы, связывающие нашу общину, прикрепляющие мужика к наделу, лишающие его свободы передвижения и неизбежно обусловливающие его сословную приниженность, социалисты-революционеры показали этим, что они не смогли даже уберечь себя от реакционныхучений русского народничества.
6) Потому, что, ставя в свою программу террор и проповедуя его как средство политической борьбы в современной его ферме, социалисты-революционеры приносят этим самый серьезный вред движению, разрушая неразрывную связь социалистической работы с массой революционного класса. Никакие словесные уверения и заклятья не могут опровергнуть того несомненного факта, что современный террор, как его применяют и проповедуют социалисты-революционеры, ни в какой связис работой в массах, для масс и совместно с массами не стоит,что партийная организация террористических актов отвлекает наши крайне немногочисленные организаторские силы от их трудной и далеко еще не выполненной задачи организации революционной рабочейпартии, что на делетеррор социалистов-революционеров является не чем иным, как единоборством,всецело осужденным опытом истории. Даже иностранные социалисты начинают смущаться той крикливой проповедью террора, которую ведут теперь наши социалисты-революционеры. В русских же рабочих массах эта проповедь прямо сеет вредные иллюзии, будто террор «заставляет людей политически мыслить хотя бы против их воли» («Революционная Россия» № 7, с. 4),
376 В. И. ЛЕНИН
будто он «вернее, чем месяцы словесной пропаганды, способен переменить взгляд... тысяч людей на революционеров и на смысл (!!) их деятельности», будто он способен «вдохнуть новые силы в колеблющихся, обескураженных, пораженных печальным исходом многих демонстраций» (там же) и т. п. Эти вредные иллюзии могут привести только к быстрому разочарованию и к ослаблению работы по подготовке натиска масс на самодержавие.
Написано в конце июня— июле 1902 г. Печатается по рукописи
Впервые напечатано в 1923 г. в журнале «Прожектор» №14
377
РЕВОЛЮЦИОННЫЙ АВАНТЮРИЗМ
I
Мы переживаем бурные времена, когда история России шагает вперед семимильными шагами, каждый год значит иногда более, чем десятилетия мирных периодов. Подводятся итоги полустолетию пореформенной эпохи, закладываются камни для социально-политических построек, которые будут долго-долго определять судьбы всей страны. Революционное движение продолжает расти с поразительной быстротой, — и «наши направления» дозревают (и отцветают) необычайно быстро. Направления, имеющие солидные основания в классовом строе такой быстро развивающейся капиталистической страны, как Россия, находят почти сразу «свою полочку» и нащупывают родственные им классы. Пример: эволюция г-на Струве, с которого революционеры-рабочие всего 1V2 года тому назад предлагали «сорвать маску» марксиста и который уже теперь выступил без маски сам, как вождь (или прислужник?) либеральных помещиков, гордых своей почвенностью и трезвенностью. Наоборот, направления, выражающие только традиционную неустойчивость воззрений промежуточных и неопределенных слоев интеллигенции, стараются заменить сближение с определенными классами тем более шумным выступлением, чем громче гремят события. «Шумим, братец, шумим» — таков лозунг многих революционно настроенных личностей, увлеченных вихрем событий и не имеющих ни теоретических, ни социальных устоев.
378 В. И. ЛЕНИН
К таким «шумным» направлениям принадлежат и «социалисты-революционеры», физиономия которых вырисовывается все яснее и яснее. И пора уже пролетариату внимательно присмотреться к этой физиономии, отдать себе точный отчет в том, что представляют из себя в действительности люди, которые тем настойчивее ищут его дружбы, чем ощутительнее становится для них невозможность существовать, как особому направлению, без тесного сближения с действительно революционным общественным классом.
Троякого рода обстоятельства всего более посодействовали выяснению настоящей физиономии соц.-революционеров. Это, во-первых, раскол между революционной соц.-демократией и оппортунизмом, поднимающим голову под знаменем «критики марксизма». Это, во-вторых, убийство Балмашевым Сипягина и новый поворот к террору в настроении некоторых революционеров. Это, в-третьих и главным образом, новейшее движение в крестьянстве, заставившее людей, привыкших сидеть между двух стульев и не имеющих никакой программы, выступить postfactumхоть с чем-нибудь похожим на программу. Рассмотрим все эти три обстоятельства, оговариваясь, что в газетной статье можно только вкратце наметить основные пункты аргументации и что к более подробному ее изложению нам еще придется, вероятно, вернуться в журнальной статье или брошюре 145.