21 декабря 1902.
Милостивый государь,
Благодарю вас за присылку вашей книги «Моральный вред войны». Я просмотрел ее и думаю, что это очень полезная книга. Но, к несчастью, на свете очень мало людей, имеющих уши, чтобы слышать. Тем не менее я считаю, что мы обязаны, насколько это в наших силах, распространять познанную нами истину. И вы это сделали, написав эту прекрасную книгу.
Искренно ваш
Лев Толстой.
Я болен и в кровати, а потому не мог написать письмо своей рукой.
Печатается по копировальной книге № 4, л. 202. Подлинник написан и датирован рукой М. Л. Оболенской, подпись собственноручная.
Уолтер Уолш (р. 1847) — основатель протестантской федерации в Англии, редактор протестантского журнала. В яснополянской библиотеке имеется несколько его книг.
В письме от 19 декабря н. ст. 1902 г. Уолш выражал сочувствие религиозно-нравственным взглядам Толстого и сообщал об отправке своей книги: «Книга, которую я посылаю вам, является результатом моих переживаний во время нашей недавней войны с бурами. Я энергично выступал против нее, за что подвергся избиению камнями на улице и осаде моего дома» (перевод с английского). Эта книга Уолша в яснополянской библиотеке не сохранилась.
Об англо-бурской (Трансваальской) войне см. т. 72, письмо № 214.
* 422. С. Т. Семенову.
1902 г. Декабря 23. Я. П.
Любезный Сергей Терентьевич,
Получил ваше письмо, и то, что вы пишете о вашем охлаждении и разочаровании в деревенской жизни после возмутительного суда над вами,1 очень огорчило меня. Претерпевый до конца спасен будет. Как часто я видел на своей жизни и на жизни других людей, что стоило потерпеть, подержаться еще немного, не изменяя своего положения, и положение из особенно тяжелого делалось особенно радостным; видел же, напротив, что, не выдержав и изменив положение, оно становилось не более легким, а более трудным. Есть тысячи людей, которые в городе, в нашем цивилизованном, развращенном городе, могут проявлять и проявляют ту же деятельность, которую можете проявлять и вы; в деревне же вы один, и, как ни трудна ваша деятельность, она незаменима. Щедрин говорил, что в городе на вопрос о том, что вы думаете о матушке Казанской, вы можете отвечать: пасс. В деревне же от вас потребуют категорического ответа, но зато ваш «пасс» в городе никому не откроет ничего нового, категорический же ответ в деревне отзовется и оставит следы во многих умах и сердцах. Но не только в этом, в сотнях других отношений жизнь ваша в деревне приносила и приносит пользу. Главное же то, что для вас самих эта жизнь была и будет всё более и более полезна: большой долей той свежести и разумности ваших писаний вы обязаны той среде, в которой вы жили. Мой совет — крепитесь и продолжайте ту хорошую жизнь, которой вы жили, и вы увидите, что вам станет не только хорошо, но и лучше, чем прежде.
Любящий вас Лев Толстой.
23 дек. 1902.
Подлинник написан рукой H. Л. Оболенского, подпись и дата собственноручные.
О Сергее Терентьевиче Семенове (1868—1922) см. т. 64, стр. 67.
Ответ на письмо С. Т. Семенова от 21 декабря 1902 г.
1 См. письмо № 347.
423. И. И. Корганову.
1902 г. Декабря 25. Я. П.
Милостивый государь Иван Иосифович,
Вы не могли доставить мне большего удовольствия, как то любезное обещание ваше сообщить мне подробности о пребывании Хаджи-Мурата в вашем доме. Буду очень, очень благодарен за всё, что вы сообщите мне, в особенности желал бы знать подробности о внешности лиц, участвовавших в этом событии, как то: вашего батюшки, приставленного к Хаджи-Мурату, пристава и самого Хаджи-Мурата и его нукеров.
Простите, что вместо того, чтобы быть просто благодарным вам за вашу любезность, я еще позволяю себе заявлять свои желания, но, когда я пишу историческое, я люблю быть до малейших подробностей верным действительности. На всякий случай выпишу несколько вопросов, на которые, если вы ответите или не ответите, буду одинаково благодарен.
1) Жил ли Хаджи-Мур[ат] в отдельном доме или в доме вашего отца? Устройство дома.1
2) Отличалась ли чем-нибудь его одежда от одежды обыкновенных горцев?
3) В тот день, как он бежал, выехал ли он и его нукеры с винтовками за плечами или без них?
Много бы хотелось спросить еще, но боюсь утруждать вас и сам чувствую себя очень слабым.
С совершенным уважением остаюсь
искренно благодарный вам
Лев Толстой.
P. S. Чем больше сообщите мне подробностей, как бы незначительны они ни казались вам, тем более буду благодарен.