– Мех, поднимай птичек! Прямо сейчас!
По тому, как я приказал поднимать именно птичек, а не птичку, Андрей все понял и поднял ударные беспилотники. Сам я связался с полковником.
– Николаич, нам тут задницу немного нарумянили. …Нет, только «трехсотые», уже отправил к тебе. …Сколько твоим до меня идти?
– А чего, у тебя же БМП есть, и не одна? – полковник был не в курсе, что нас слушают, да и я об этом только догадывался.
– Там, возможно, есть то, что мне помешает, – пытался я иносказательно довести информацию до танкиста.
– Нас слушают? – въехал полкан.
– Думаю, да.
– Через пять минут свяжусь с тобой, поговорим, – сказал и отключился танкист. Однако не прошло и пяти минут, как тот вышел на резервной частоте.
– Сколько тебе коробок надо? Говори спокойно, у нас ЗАС.
– Смотря сколько времени им до нас чапать. Может, на тягачи и вперед?
– Так и хотел, иначе долго. У меня два таких есть, свяжусь с твоими, пусть еще пару пришлют, коробочки загружу свои. Думаю, четырех хватит. Еще что-то нужно?
– Да пока нет, все вроде есть. Я сейчас их птичками отработаю, а там будем смотреть.
– Давай, держи меня в курсе и, сам там не лезь, извини, но ты ни разу не вояка. Стрелок да, но не полководец.
– Спасибо на добром слове. Я тут Курскую дугу делать и не собирался. Но раскатывать буду жестко.
– Так и надо, все, до связи!
Дальше началось интересное. Мы видели, как над нами прошли птички, Андрюха натаскал себе помощника, точнее помощницу, жену свою к себе поближе прибрал, и сейчас они начнут развлекаться на пару. Когда он начал активно тренироваться на ударниках, его жена в меткости обошла на раз. Невдалеке послышались взрывы, а на связь вышел Андрей.
– Сань, мы выкурили их из укрытий, а они четко прятались. Отступают, бегут разрозненно. Мы уничтожили что-то типа машины связи, с антеннами была, пару БТРов. Уходим на перезарядку.
– Давай подвесь НУРСы и обработай там как следует, я не буду ждать коробочки, атакую. Думаешь, связь у них уничтожил?
– Погоди, сначала я закончу, потом подвешу глаза, тогда и пойдешь. Готовьтесь, и не лезь, связи у них больше нет. – О, еще один меня за вояку не воспринимает. Ну ладно, командиры хреновы, посмотрим.
Я приказал выдвинуть вперед БМП, за ними пойдут бэтээры и «Тигры». У нас с собой в кузове бортового КамАЗа два стадвадцатимиллиметровых миномета. Когда Андрюха подвесит глаза, начнем именно с них.
Через час примерно прошли на второй заход птички, и у бандитов начался ад. Зарево было видно даже нам, хоть мы и стояли в паре километров, за леском.
– Сань, ничего крупнее джипа с пулеметом не вижу, но ты погоди еще полчаса. Прибудет птичка на осмотр, там и порезвимся.
Еще через час мы уже начали пристрелку минометами. Самовары в сто двадцать миллиметров, тот еще подарочек. Чпокают так, что КамАЗ качается, но на точность это особо не влияет, мы по площадям бьем.
– Сань, можете выдвигаться, они обосрались. Будут уходить влево от базы, вижу направление. Преследовать будешь?
– Андрюх, добавь им сам птичками. Зайди с северо-востока и жарь на всю железку. А мы тем временем подойдем на прямой выстрел, а то нам лес мешает.
– Давай, жди. Глаза я, кстати, не уберу, он на автомате летает, по заданному радиусу.
Мы только и успели, что пройти лесок и выйти на более или менее открытую местность, когда в километре от нас встали разрывы неуправляемых ракет с беспилотников. БМП и БТРы начали искать цели своими мощными прицелами, а спустя десяток секунд солидно заговорили тридцатимиллиметровки. Столько пушек на какие-то сто метров фронта это даже не взятие Зееловских высот, это что-то неприличное. Через пятнадцать минут боя на поле стали появляться бегущие без оружия бандиты. Андрюха вышел на связь.
– Эй, фельдмаршал! Тебе пленные нужны? – Ну и язва ты, Андрюха. Выговор тебе будет, с занесением в грудную клетку.
– Летунам, может, пригодятся, самолеты мыть и полосу чистить. Сворачивайся, глаза оставь пока, погляди еще повнимательнее.
– Отбой.
Спаслось у бандитов около семидесяти человек бойцов и рядом в деревеньке сидели и ждали своих мужчин-воинов около двух сотен женщин и детей. Техники живой не осталось вообще. Летуны были рады пленным, было кого заставить работать, но вот сразу охренели, когда им доложили о бабах. Еще бы, чего с ними делать, не знал никто, слава богу, все вышло несколько проще. Женщины эти были когда-то жителями многих деревень и поселков. Жить с бандитами их заставила нужда, так как урки вырезали всех мужчин. Женщинам нужна была защита и еда, поэтому они и были покорны. Тут же, когда они осознали, что больше бандитов нет, они сами просили отдать им живых, чтобы рассчитаться. Оставшиеся в живых бандиты натурально причитали, представив, что с ними будет, и умоляли летунов оставить их в живых. Летуны согласились. Когда встретились с полковником, командиром части, тот аж захлебывался от радости, но был очень удивлен, узнав, что я даже и не военный, да еще и главный тут.