- У тебя ведь были мужчины?
- Какое это теперь имеет значение, - едва слышно всхлипнув глухим голосом ответила девушка. Каи проник еще глубже, раздвинув влажные лепестки и безошибочно найдя вход в нее. Илва сжала пальцами покрывало.
- Никакого, теперь, - тихо отозвался принц. – Ты должна расслабиться, чем сильнее будешь напрягаться, тем больнее будет.
Даже не смотря на спокойный тон, Илва напряглась еще больше, прекратив бессмысленные попытки вырваться, со страхом ждала продолжения. Действия принца не будили в ней никаких приятных ощущений, надкушенный сосок болел, саднило кожу головы от жесткой хватки и по спине девушки то и дело пробегала дрожь от его прикосновений, обманчиво ласковых.
Каи слегка приподнялся над ней, облизнул один из пальцев, огладил вход и ввел его в промежность. Оборотень закрыл глаза, сдерживая дыхание, когда плотные стенки влагалища Илвы обхватили его палец. Он старался действовать осторожно, но проигрывал битву самому себе. Мягкие движения, оглаживающие, ласкающие превратили в настойчивые, быстрые. Он вывел палец, облизнул и ввел уже два, толкнув их вперед с напором, от которого девушка задрожала всем телом.
Волна тепла неожиданно пошла по телу от внутренней точки, толкнувшейся в животе Илвы тугим комком. И чем быстрее двигались пальцы Каи, тем больше он скручивался, разливая по телу знакомое томление. Но Илва упрямо сопротивлялась, гнала от себя эти ощущения.
Каи уже едва сдерживался, резко поднялся, рывком стягивая ставшие узкими штаны и взглянул на нее. Внутренний зверь Каи взвыл от возбуждения. Картина лежащей беззащитной девушки безумно будоражила. От запаха ее тела некуда было деться. Больше всего ему сейчас хотелось сгрести ее под себя, ломая волю, воткнуть возбужденный член и удовлетворять животную страсть, упиваясь своей властью.
Вернувшись в постель Каи подхватил ее под бедра, просовывая подушку под живот Илвы, провел рукой по спине вдоль позвоночника.
- Не дергайся, - предупредил вновь, раздвигая коленями ноги и потерся головкой о влажный вход промежности. Крепко взял ее за бедра, осторожно толкнулся вперед и закрыл глаза. Теплая, мягкая, влажная, на каждый маленький толчок она отзывалась дрожью во всем теле. Илва плотно обхватывала его, сжимаясь еще больше от страха, а Каи тихо рычал от желания, обнажая крепкие белые клыки. Войдя полностью, он наклонился вперед, давая ей время привыкнуть к себе, прихватил губами плечо.
Илва едва могла дышать на грани между болью и удовольствием, ей казалось, что он никогда не закончится, заполнит ее целиком. Она пыталась дернуться вперед, освободить, но принц держал так крепко, проникая все глубже, заставляя Илву дрожать и всхлипывать.
Через несколько секунд она перестала брыкаться, а оборотень уже был на грани срыва. Он вновь выпрямился, сжал пальцами бедра и начал движение. Влажная и плотная, горячая внутренняя поверхность промежности Илвы ласкала его плоть, стягивалась вокруг него, даря головокружительное наслаждение. Каи закрыл глаза, раздувая ноздри и ловя сладкий запах их соединения, он натягивал ее до самого конца и резко вынимая, раз за разом, пока жар экстаза не окутал его тело, расплавляя мозг и ломая барьеры самоконтроля. Практически вбиваясь последние несколько раз, принц задрожал, выпуская свое семя.
Илва задыхалась, от яростных движений тяжелого тела, от безумных волн то наслаждения, то боли, его грубых толчков, дрожала, смешивая слезы с тихими стонами, упиралась руками, пытаясь хоть немного ослабить напор. Ее голова кружилась, и девушка пропустила момент, когда все закончилось. Каи упал рядом и ей резко стало холодно. Между ног было так влажно и саднило. Принц дернул покрывало, подтягивая ее ближе к себе, прижал к теплому телу, убрал влажные волосы с заплаканного лица. Провел пальцем по опухшим, искусанным губам. Илва тихо вздохнула в ответ. Каи по-хозяйски обхватил ее за тонкую талию и уткнулся носом в запутавшиеся волосы. Ему нужно было подумать.
10
Каи ушел быстро. Через несколько минут молчаливого лежания в остывающей кровати, резко дернул к себе теплое меховое покрывало, накинул на Илву и ушел. Девушка неподвижно лежала, слушая как он шуршит одеждой и, когда хлопнула дверь, она тихо разрыдалась, обхватив голые плечи руками. Все тело болело, грудь саднило, невозможно дотронуться, между ног такое ощущение, словно он до сих пор внутри. Илва тряслась под простынями, тихо всхлипывая от боли. Выплакавшись, она осторожно встала с кровати, охнув от резанувшей внизу живота боли. Наскоро освежившись, быстро завернулась в длинный теплый халат, подкинула полешек в камин. С огнем было как-то уютнее. Илва несколько минут сидела напротив камина, сжавшись в комок и проворачивая в голове все события от болезни Хельги и их с Генри решения начать нечестную жизнь. Девушка знала где и когда свернула на кривую тропинку и предполагала, что все с ней происходящее является наказанием. Странным, жестким и болезненным наказанием.