- Так люди делают, когда хотят отблагодарить кого-то. Что за прозвище?
- Твое. Только я могу тебя так называть.
- Что оно означает?
- Никому не говори о нем.
- Каи? И все же…
На долго принца не хватило, он обнял Илву и повалил на теплую шкуру у камина.
- Нет, подожди, Каи, прозвище…
- Много говоришь, - поставил вердикт младший принц и закрыл ее рот поцелуем. Илва возмущенно прихватила его губу зубами, стукнула кулачком по плечу, лишь больше раззадорив принца. В его глазах вспыхнул знакомый ей голодный огонь.
- Нет, Каи, стой! Не рви платье! Их шьют медленнее, чем ты портишь! – взмолилась Илва, отбрыкиваясь от грубого захвата оборотня. – Я сама!
Принц неохотно отпустил свою жертву, наблюдая как она торопливо дергает завязки на последнем теплом платье, сбрасывает чулки и сорочку. Обхватил за тонкую талию и рванул к себе, беззастенчиво проникая горячими пальцами между ног и поглаживая нежный бугорок. Второй рукой раздраженно сдернул ленту с косы и моментально растрепал ее, зарывшись носом в мягкие локоны Илвы. В штанах ему стало очень тесно, дыхание участилось, сердце гулко билось в ребра. Лежащая перед ним девушка выглядела абсолютно беззащитной, застенчивой и покорной. Он не чувствовал страха, обреченности. Впервые она сделала шаг ему навстречу, освободилась от одежды, как устричка от старой раковины. Тонкая, непривычно мягкая и гибкая как ивовый прут. У Каи заныло внизу живота о воспоминании ее податливого жаркого лона.
Оборотень схватил девушку за плечи и резко развернул к себе спиной, вдавливая в мягкую шкуру. Илва уперлась руками и отчаянно мотнула головой, пытаясь освободиться. Оборотень скомкал волосы на ее затылке, впился жадными губами в шею. Оказалось, что все эти недели он тосковал по вкусу ее кожи. Вторая рука беззастенчиво скользнула между ягодиц к центру наслаждения девушки. Палец надавил на чувствительный бугорок и проник внутрь практически на сухую, заставив Илву вскрикнуть.
Тело ее словно пронзило острой молнией боли пополам с удовольствием. Илва уперлась коленками в пол, приподнимаясь и выгибаясь ему на встречу. Пальцы мужчины очень быстро стали влажными, вторая рука выпустила волосы, скользнула вниз под тело, сжала грудь. Горячие губы Каи гуляли по плечам девушки, изредка прикусывая кожу и гоняя жаркие мурашки по ее телу.
Больше он выдержать не мог. Штаны полетели в сторону, резким толчком Каи вошел в нее, практически сразу срываясь на бешенный ритм.
Илва захлебывалась волнами боли и наслаждения, царапала шкуру под собой, выгибалась, умоляла успокоиться и не останавливаться, а оборотень совершенно терял контроль. Захват его становился все жестче, движения резче. Каи приподнял девушку, поставил на колени, впившись в бока заострёнными когтями. Девушка испуганно дернулась в сторону, тогда оборотень наклонился и чувственно прикусил нежную кожу у позвоночника, второй его укус был гораздо ощутимее, Илва вскрикнула и тут же кончила, выгибаясь дугой от захватившего тело оргазма.
Каи ловил бешенные потоки энергии, вращающиеся вокруг их тел. Чувствовал, как эта энергия смешивается в безумный вихрь, соединяется в одно целое и возвращается к ним, впитываясь в разгоряченные тела как масло в хлеб. Он ощущал, как Илва без сопротивления вбирает в себя его силу и страсть, как отдает свой огонь ему и это сводило оборотня с ума не меньше, чем дикий экстаз, проносящийся вместе с бурлящей кровью по венам. И он хотел больше, отдавал и отдавал, вкладывал в нее свою силу как мирт в драгоценный сосуд, чувствовал, как она принимает его и удерживает в себе. Оборотень зарычал, бурно кончая вместе со своей любовницей.
Падая в бок, Каи вдруг четко ощутил, как отдал ей нечто важное, яркий сгусток энергии, без сопротивления поселившийся в теле Илвы.
18
Последние полчаса комнату наполняли звуки тихого дыхания, треска поленьев и шелеста ткани.
Илва молча лежала на спине, прижавшись боком к горячему телу принца, завернутая в тонкую простыню. Пальцы ее рассеяно гуляли по широкой груди Каи, очерчивая затейливую вязь татуировки и многочисленные шрамы. На некоторых, особенно широких и глубоких, она останавливалась дольше, мысленно гадая кто мог оставить такие отметины.
- Звери много дерутся, - однажды ответил он, когда Илва все же решилась задать этот вопрос. – А я дерусь лучше всех.
И как только у него получалось преподносить столь хвастливую информацию абсолютно спокойным и будничным тоном, словно сообщал погоду или состояние уличных пробок. В то время, когда сложный рисунок шрамов вещал, что Каи не раз очень жестоко рвали.
Сильная кровь. Кровь детей альфы Абсалона, что не дает умереть своим потомкам даже от таких серьезных ран. Илва тяжело вздохнула, отгоняя мрачные мысли и предчувствия. С Каи никогда не будет легко и просто, спокойно, мирно. Мятежный принц одним своим присутствием накалял обстановку и нервы окружающих. Однако, Илва неожиданно поймала себя на мысли, ей рядом с ним было… нет, не хорошо, а… правильно. Словно всю жизнь она шла к этому моменту и в нынешнюю секунду, когда он расслабленно лежал рядом, возникало ощущение, что так оно и должно быть. И всю предыдущую жизнь, пока его не было с ней, Каи просто выходил из комнаты, чтобы вернуться и поставить все на круги своя.