20
Темнота спасала его некоторое время, полностью заключив в свои ледяные объятья. Здесь дышалось гораздо легче, возвращалась прежняя звериная сущность, нос забивался знакомыми с детства, но резко ставшими чужими, запахами. Ее аромат остался отрезанным за тяжёлыми дверями. Вместе с теплом и надеждой. Идиот… каким же идиотом считал себя сейчас Каи, уперевшись лбом в заледеневшее дерево дверного косяка. Рагнвальд был прав, Каи не достоин этой чести. Но все внутри оборотня восставало против этой мысли. Сладкий яд юной девы влился в сердце и медленно разрушал его изнутри.
А дом продолжал дышать жизнью немногочисленных жильцов. Переругивался их голосами, щепотками и тихим смехом. Перестукивал каблуками по старым доскам пола. Каи неподвижно стоял и слушал. Он уже знал, что в комнате Илвы суета. Раздавались обеспокоенные голоса.
- Ах, вот ты где, беспечный щенок!
Каи всегда позволял ей подкрадываться, а она до сих пор считала, что он ее не замечал. Кирин приставила тонкий кинжал к горлу принца, оттягивая его голову за волосы назад. Мужчина поддался, демонстрируя убедительную покорность.
- Рагнвальд весь дом перевернет в поисках тебя.
- Но ты же меня не выдашь?
Женщина тихо засмеялась, сменив кинжал своими горячими губами, застывшими на шее принца. Каи закрыл глаза, откидывая голову назад, в голове зрел план. Кирин развернула мужчину лицом к себе и впилась в губы жёстким поцелуем.
- Забыл про меня из-за этой чужачки, - недовольно пробормотал она, вцепившись в принца длинными пальцами.
- Как же можно, - тихо ответил Каи, обнимая за талию давнюю любовницу. Та засмеялась ему в рот и потянула за собой в приоткрытую дверь.
Королевская стража давно и сильно поредела, дозорные больше не нуждались в казарме и занимали комфортабельные комнаты. Холодная постель, давно остывший очаг и два дымящихся от жара тела.
Кирин была давнишней и единственной постоянной любовницей принца с самой поры его взросления. Именно она когда-то сделала его мужчиной. В ее объятиях он чаще всего проводил время. Кирин никогда не спрашивала чей запах он носит, в чью постель ложится кроме нее. Не закатывала истерик, ничего не требовала, чем полностью устраивала оборотня. Страстная и неутомимая, такая же безудержная, тогда Каи казалось, что Кирин подходит ему больше других. Она никогда не ревновала, боец до мозга костей, что довольствовалась одним днём. И постель их чаще напоминала поле сражения, чем ложе любви.
Младший принц безошибочно находил ремни и застёжки на гвардейской форме стражницы, расстёгивал как много раз до этого, гладил, ласкал, целовал и неожиданно чувствовал непривычную жадность женщины. Их ласки всегда были грубыми, так нравилось обоим, с укусами, когтями и рычанием. Сейчас Кирин была очень зла, хватала зубами и старалась расцарапать посильнее, словно оставляя на нем свои метки.
- Я следующая, - проговорила стражница сдирая штаны с младшего принца и впиваясь губами в его член, а когтями в зад.
Каи ахнул, намотал на кулак волосы на ее затылке и оттянул назад голову.
- О чем ты?
- Когда наиграешь с этой маленькой девочкой и сделаешь ей ребенка, я - следующая. Я тоже хочу от тебя ребенка.
Каи толкнул ее назад, заставляя упасть спиной на кровать, подтянул за колени ближе к себе и раздвинул ноги. Объемная грудь колыхнулась от резкого толчка, принц жадно проследил за движением и впился зубами в торчащий сосок. Кирин вскрикнула и со смехом выгнулась ему на встречу, впиваясь пальцами в волосы принца. Каи слизнул капли крови с груди и выпрямился.
- А если ничего с ней не получится? - одним резким толчком, без подготовки он вошёл в нее, вновь заставляя тело выгнуться от сопротивления.
- Тогда хватит нянчиться и приходи ко мне, я точно знаю, что тебе нужно. Говорят, она едва жива после встречи с тобой, что не удивительно, мало какая женщина выдержит твою страсть, - Кирин говорила со смехом, перемешанным частыми вздохами, но Каи чувствовал откровенную злость в ее словах.
Слова Кирин начинали злить, хотя раньше он бы рассмеялся вместе со стражницей. Однако, сквозившее в ее голосе пренебрежение и самодовольство здорово ударили по его самообладанию.
- Но ты-то точно знаешь, - прошипел принц, резко переворачивая любовницу на живот и ни в чем себе не отказывая, царапаться и кусаться умела не только она.