Впервые за долгое время Илва улыбнулась с искренней радостью. Андерс помедлил несколько секунд, разглядывая засветившееся лицо девушки.
- Чудесная девушка, - заключил он и развернулся к двери. – Остолопу Каи несказанно повезло.
- Спасибо, Андерс.
Подарив на прощание широкую улыбку и шуточный поклон, Андерс с книгами в руках направился к двери.
- А, братец, вот и ты, - раскрыв дверь Андерс нос к носу столкнулся с мгновенно помрачневшим Каи. – Я вот только говорил Илве как тебе с ней повезло. А ей с тобой – не очень.
И, громко рассмеявшись собственной шутке, Андерс скрылся по направлению к библиотеке.
Каи вошел в комнату мрачнее тучи, подозрительно принюхался, от чего кончик его носа забавно дернулся. Илва, чуть склонив голову в бок, встречала его с улыбкой. От него пахло холодом и хвоей, окутывая этим ароматом как облаком, девушка почувствовала, как внутри все завибрировало от предвкушения.
- Ты звал?
- Кого? Что за?
- В ритуале. Андерс рассказал. Ты звал?
Каи фыркнул и недовольно скривился.
- Глупые сказки. А Андерс – главный сказочник, слушай его больше. Место разрыва было вымерено секстантом и опытным картографом, Илва.
Девушка поднялась с кресла и приблизилась, положив руку на его грудь.
- Идем гулять? – с надеждой спросила она, разглаживая густой мех на капюшоне принца. Теплые штаны, меховая шапка в руках, широкий пояс перехватывал его талию прямо поверх куртки. Каи вновь нахмурился, осторожно сжал ее ладонь в своей, но целовать руку так и не решился.
- Нет. Я уйду на несколько дней.
- Но…
- Тихо, - Каи накрыл губы Илвы пальцем, останавливая поток вопросов. – Нужно пообщаться с соседним кланом. Слишком дерзко берги ведут себя в последнее время, пока что мы хозяева этих земель. Это всего три дня, элскет. Потом я буду с тобой, обещаю.
Илва насторожилась, ведь берги – это медведи? Видя нарастающую панику в ее глазах, Каи мягко погладил пальцем скулу девушки и прижался губами к ее лбу.
- Три дня. Потерпи еще немного.
Девушка закрыла глаза, выдыхая и пытаясь успокоиться, выходило плохо. Хотелось закричать, заплакать и, вцепившись в его одежду, умолять остаться и никуда не ходить. В груди нарастал ком паники и жуткого предчувствия. Медведи, чтоб их. Но она понимала, что младшего принца это не остановит. Девушка опустила голову, пряча набухшие слезы и кивнула. Каи потрепал ее по голове, резко дернул на себя, поднимая лицо за подбородок и впился в губы жадным поцелуем.
- Соскучился ужасно. Не позволяй этим глупцам завладеть своим вниманием, ты моя элскет, - проговорил Каи прижимаясь своим лбом к ее.
- Что такое элскет?
- Вернусь – расскажу.
- Обещаешь?
- Да.
Илва грустно вздохнула. Каи осторожно отстранил ее от себя, преодолевая огромное желание послать всех к чертям и остаться со своей женщиной. И резко вышел из комнаты.
Илва чувствовала ужасную тяжесть глядя на закрывшуюся дверь, сердце сжималось от дурного предчувствия. Медведи, чтоб их…
24
- Берги, чтоб вам пусто было, - тихо шептала Илва, сгорая от злости и обиды на неведомых врагов хеммингов. Возможно, не окажись медведей рядом, они с Каи сейчас были бы вместе и пришли к решению проблемы. Ритуал призыва сработал, как бы младший принц не отпирался, значит старые легенды не врали, можно было найти еще что-то, способное снять проклятие.
Но вместо поиска ответов Илва занималась поисками спокойствия внутри своей души и маленькой прогретой живым огнем комнаты, которую она мерила шагами битый час. За книги девушка так и не села, съедаемая беспокойством не могла сконцентрироваться и строчки прыгали перед глазами совершенно теряя смысл.
Трин, заглянувшая на быстрый завтрак, нервничала не меньше, но как опытный партизан, ни словом, ни делом не обмолвилась о миссии принцев. Единственное, что Илве удалось узнать от нее – Рангвальд собрал большую часть стражников и вместе с братьями лично направился к границам, оставив в доме немногочисленных женщин под охраной нескольких стражников во главе с советником Видаром.
Если первый день еще прошел-протянулся в каких-то мелких действиях и разговорах с Трин, то второй Илва откровенно мучалась с самой ночи, располосованной мрачными и гнетущими видениями-снами. Странные воздушные водовороты попеременно то душили ее, то закручивали и возносили высоко к самому пику расколотой горы, что она видела на прогулке с Каи. Девушка смотрела на пики и видела замерзшие часы, огромные стрелки которых дрожали в немом отчаянии сделать движение вперед, отмерить секунду новой минуты, но были прочно связаны ледяной паутиной. От этой картины, холода и высоты у Илвы перехватывало дыхание, девушка летела вниз в ужасную темноту. И только маленький сгусток тепла и света, сконцентрировавшийся в ее животе, не давал упасть в гибельный мрак, а девушка хваталась за него, тянулась всей душой и выныривала из кошмара в свою комнату, освещенную дрожащим огнем в камине.