— Это он? — спросил один, когда мутанты приблизились.
— Да, — кивнул Киймирр.
— Он прятался в канаве, — добавил черноволосый. — Мы проскакали мимо, а потом вернулись. Слишком тихо для него, — кентавр едва заметно усмехнулся.
— Отвезите его в лагерь и похороните, — велел Киймирр. — Только его. Пираты пусть достанутся птицам.
Кентавры разложили носилки, положили на них тело Рэмдала и направились обратно.
— А мы отправимся к озеру, — сказал Киймирр, когда они скрылись за деревьями. — Нас ждут дела.
По его знаку черноволосый кентавр подобрал боевой молот лесовика — с видимым усилием — и взвалил его на плечо.
— Тяжёлый! — сказал он. — Слишком.
Трое кентавров поехали на восток — туда, где посреди леса находилось большое озеро. Его воды были тёмными и холодными, потому что оно питалось глубокими подземными реками, а на глубине водились зубастые твари, способные разбить лодку — поэтому никто не решался рыбачить здесь.
Когда кентавры выехали на берег, было около двух пополудни, и поперёк озера лежала яркая солнечная дорожка. На расстоянии пары сотен футов возвышались из воды четыре острых скальных обломка, похожие на кривые, сгнившие зубы неведомого гигантского чудовища.
— Здесь, — сказал Киймирр, осматриваясь.
— Хорошее место, — одобрил один из кентавров. — Зло будет надёжно укрыто.
Киймирр взглянул на черноволосого товарища. Тот снял с плеча молот и, раскрутив над головой, зашвырнул в озеро. Страшное оружие описало низкую дугу и тяжело шлёпнулось в воду, взметнув фонтан брызг.
Киймирр расшнуровал висевшую на поясе сумку и достал тонкий золотой обруч-диадему с вправленным по центру голубым камнем. Драгоценность была настоящим произведением искусства: тонкая филигрань изображали переплетённые ветки и листья, в которых сверкали капли росы — мелкие жемчужины.
— Даже жаль, — проговорил черноволосый, взглянув на диадему.
— У зла много обличий, — сказал Киймирр, вертя украшение в руках. — И чем они прекрасней, тем губительней.
С этими словами он бросил обруч на землю и, поднявшись на дыбы, опустил на тонкую полоску металла тяжёлые, подкованные сталью копыта. Во все стороны брызнули осколки кристалла и жемчужины, а золотой ободок смялся, разорвавшись в трёх местах. Киймирр ещё несколько секунд топтал диадему, при этом на его лице читалось отвращение. Затем он подобрал обломки и швырнул их вслед молоту — в тёмные воды озера.
— Теперь всё! — сказал он, отвернувшись. — Нам пора уходить.
Кентавры в молчании двинулись обратно в лес.
Глава 24
Когда корабли мурскулов приземлились в окрестностях Мальтана, первым их увидел Ашах. Он разбудил остальных, и небольшой отряд отправился смотреть на диковинные небесные лодки. Конечно, они не могли поразить воображение так, как Золотые корабли нифилим, но, тем не менее, вызвали несколько удивлённых возгласов.
— Кто это? — проговорил Самарказ, прикладывая ладонь ко лбу больше по привычке, поскольку солнце в Кар-Мардуне светило не так уж и ярко.
— Мурскулы, — ответила Риалея, вглядываясь вдаль.
— Что они здесь забыли?
— Они встречают своего повелителя.
— Владыку Тьмы?
— Да. И его армию.
— Откуда им знать, что Красные Врата будут открыты?
— Они давно готовились к этому. И боюсь, я должна сказать одну неприятную вещь.
Самарказ нахмурился.
— В чём дело⁈ — спросил он подозрительно.
— Мы должны им помочь.
— В смысле⁈
— Я тебе говорила. Искушённые прибыли сюда, чтобы открыть врата. У мурскулов должны быть четыре ключа.
— Лесовик-мутант, вампир, кентавр и человек? — уточнил Самарказ хмуро.
Аватара кивнула.
— Надеюсь, нам не придётся встречаться с этими тварями⁈ Пусть Искушённые отправляются к ним, а мы останемся здесь.
Риалея обратила на Самарказа многозначительный взгляд.
— Это помешает нашим планам, — проговорила она медленно.
Охотник некоторое время смотрел на неё, затем раздражённо пожал плечами. Он понимал, что имеет в виду аватара: если они не встретятся с прибывшими мурскулами, то не смогут получить кровь мутанта, вампира, кентавра и человека, необходимую для открытия портала.
— Как мы объясним наше присутствие? — спросил он.
— Скажем правду.
— Что именно?
— Что я — аватара Мард-Риба.
— Думаешь, они поверят?
— Искушённые подтвердят, что мы на их стороне.
— А это так?
Риалея пожала плечами.
— На всё воля сына Яффры, — неопределённо сказала она.
— Мы не пойдём с вами, — сказал Азарад, переглянувшись с остальными северянами. — Наша миссия закончена.
Самарказ удивился. Он считал, что храмовники останутся с ними до конца. Но ни расспрашивать их, ни спорить с ними он не стал.
— Что ж, — сказал он вместо этого, — спасибо за всё и удачи на обратном пути.
— Она нам пригодится, — отозвался северянин. — Ведь мы не можем воспользоваться Золотыми кораблями. А жаль.
— Мы не забудем вас, — сказала Риалея с улыбкой. — Отправляйтесь и да пребудет с вами благословение Мард-Риба.
Рыцари по очереди подошли к аватаре, склоняя перед ней головы, и девушка прикоснулась к каждому из них — всё-таки она была частицей бога. Затем храмовники собрались и отправились в путь. Они долго были видны смотревшим вслед Самарказу, Ашаху и Риалее. Наконец, когда последний северянин скрылся за плоским уступом, покрытым запёкшейся давным-давно магмой, охотники и девушка отвернулись.
— Что ж, — проговорил Самарказ, — надо и нам выдвигаться.
— Чем раньше, тем лучше, — кивнула аватара.
— Как думаете, сколько времени займёт дорога? — спросил Ашах. — Корабли сели довольно далеко.
— Полагаю, не больше двух дней, — ответил Самарказ.
— Собираемся, — решила Риалея. — Не будем терять ни минуты.
Она посерьёзнела с тех пор, как появились корабли мурскулов. В голосе появились уверенные и властные нотки, движения стали резче — словно она вспомнила, что сам сын Яфры поручил ей миссию. Самарказ проводил её взглядом, когда она шла по направлению к палаткам, затем кивнул Ашаху.
— Возьмём только самое необходимое, — сказал он.
Риалея тем временем заговорила с Искушёнными, которые слушали её очень внимательно, хотя и молча. Похоже, она растолковала им дальнейшие планы. В конце концов, они дружно кивнули.
Через час, когда вещи были собраны, а палатки собраны и спрятаны под камнями, отряд, состоящий из двух охотников, трёх мурскулов и девушки, двинулся через горы на другую сторону Мальтана, где приземлились корабли аннунаков.
Глава 25
Землю сковал холод. Деревья казались хрупкими, как тростник, а трава, жёлтая и сухая, серебрилась инеем. Небо, светло-серое у горизонта, темнело над головами путников, отягощённое мрачными тучами, которые, казалось, были готовы в любой момент пролиться дождём.