Барс и сел.
Он оказался в клетке.
Только меня не предупредили, что в клетке с ним окажусь и я!
Барс стоит надо мной. Огромный. Почти голый. И улыбается.
– Это какая-то ошибка… – лепечу. – Я… Мне жаль. Правда. Я не знала, что вы… Ты… Я не знаю, почему ты велел привезти меня.
Он замирает. И медленно, очень медленно подаётся ближе. Я вжимаюсь в стену. Как будто стану невидимой.
– Я не приказывал тебя везти, – ухмыляется он. – Я сказал брату – найти. Ту дерзкую сучку, что заяву катала. А уж то, что он тебя сюда вперёд прислал… Это он уже по-своему сработал. Не я.
Я моргаю. Сердце колотится. Ноги ватные. Внутри холод и жар одновременно.
Так он… Не знал? Он не знал, что меня притащат?
О. О! О-о-о-о!
Мои губы сами вытягиваются в тупое «у». Брови подпрыгивают вверх. Мозг пищит, но включается.
Я дышу. Резко. Судорожно. Как будто вынырнула из-под воды. И заодно увернулась от смерти.
Прости, костлявая, у нас «метча» не будет.
Я подскакиваю. Начинаю улыбаться как идиотка. Губы в растянутую дрожащую линию, глаза – на мокром месте.
– Всё! Тогда всё! – вскрикиваю радостно. – Значит, недоразумение, значит, никто никого не звал, и вообще, какая глупость! Я тут совсем лишняя, честное слово! Я сейчас аккуратненько…
Я тараторю. Как будто если скажу достаточно быстро – успею сбежать до его реакции.
– Я не буду вас стеснять! – продолжаю. – Как невежливо с моей стороны без приглашения. В общем, я посижу пока… Например, в коридоре! Или, может, сразу пойду? Это же будет честно, да? Подарки – это хорошо, но навязчивость – ужасно, а я ни в коем случае не хотела…
Я медленно отступаю к двери. Хватаюсь за хлипкую надежду выбраться отсюда живой и невинной.
Барс делает шаг. Рычит, оскалившись. Глаза у него прищурены. Губы дрожат в ухмылке. Как у дикого зверя, которого гладить нельзя.
Я тут же замираю, боясь двигаться. И напряжение на лице мужчины разглаживается.
Действительно зверь.
– Я ж не просил, – произносит он с напором. – Но, сука, брат постарался. Прям конфетку прислал. Было б невежливо отказываться, да? А я пиздец какой вежливый. С подарками умею обращаться. Ты оценишь. Главное выбери.
– Ч-что? – заикаюсь, коленки дрожат.
– Ты больше раком или сверху любишь?
– Эм… Я… Я больше никак?
– Значит, по моим темкам пойдём. Я, знаешь ли, три месяца на сухом пайке. Из-за тебя. Придётся отрабатывать.
Глава 2.1
Я моргаю. Растерянно. Слышу, но не понимаю. Слова складываются, но не в смысл, а в клубок паники.
– Сухой… Пайок? – переспрашиваю. Хмурюсь. – Это… Еда? Вас здесь не кормят?!
– Это когда три месяца в зоне без дырки, – поясняет он медленно. – А теперь вот есть. И я тебя, пташка, накачаю под завязку.
Я замираю.
Щурюсь. Не понимаю. Потом – вдох. Озарение. О!
Ну конечно. До меня медленно доходит. Я начинаю понимать, о чём говорит мужчина.
Как я сразу не догадалась?
– А, это вы… Про спорт? – ахаю. – Точно! Вы на диете. И качаться собрались? Это похвально! Правда. У вас и так огромная фигура. Ну, то есть внушительная. Но если есть стремление к росту – это достойно. Только меня качать не надо. Я со спортом не очень.
Молчание. Я поднимаю взгляд. И встречаю его выражение лица.
Это… Это надо видеть.
Он смотрит на меня как на абсолютную идиотку. Как будто не понимает, как это существо вообще дожило до двадцати лет без инструкции.
Губы чуть приоткрыты, брови медленно ползут вверх, потом вниз. В глазах – то ли шок, то ли рвущаяся наружу насмешка.
– Под дебилку косить не выйдет, – произносит он, растягивая слова. – Хоть ты и охуенно вжилась в роль.
Я не ко-о-ошу! – визжу у себя в голове обиженно.
Он сейчас меня оскорбляет! Или хвалит? Если верит, что на самом деле я всё понимаю…
Не уверена.
– Я правда не понимаю… – выдыхаю.
Глаза мечутся по комнате, как будто где-то есть выход, ловушка, кнопка спасения.
Но нет. Есть только Барс.
И он делает шаг ко мне.
– Не шаришь, да? – хмыкает. – Ну ща доходчиво объясню. Я тебя распечатаю. Разложу тебя по полной. Всё ещё не шаришь? Резьбу сорву. Долбить буду.
У меня ресницы трепещут, как крылья у припадочной бабочки. Глаза – полные ужаса.
Я смотрю, не отрываясь. Не моргаю. Потому что если моргну – он исчезнет из вида, и окажется прямо возле меня.
И хуже всего – я не понимаю!
Угроза есть, по тону понятно. А вот смысл… Что он там долбить собрался? Ремонт задумал?
Ой, он решил меня, как рабочую силу использовать? Так у меня рученьки кривые, он только сильнее злиться будет!