Из груди вырвался сдавленный стон, когда его палец стал погружаться глубже. Я вся дрожала, ощущая нараставшую пульсацию, пока его каменная эрекция упиралась в меня сквозь ткань трусов.
- Скажи… – обхватывая мое лицо ладонью. – Ты точно уверена? – прерывистым шепотом мне в губы.
Пауза для формирования окончательного ответа.
Глубоко вздохнув, я сжала его мощную эрекцию сквозь боксеры, после чего решительно потянула их вниз, под прерывистый вздох Александра, накрывая его большой подрагивающий член ладонью.
- Когда мужское раздавали, ты отхватил себе больше всех, да?
Сашка тихо прыснул.
- Зато ты обскакала меня в очереди на самый дерзкий язычок, Поль… – от его слов мурашки побежали по моим рукам и вдоль позвоночника.
Воронов прикусил губу, глядя на меня почти с болью – ведь моя ладонь все еще стискивала его эрекцию.
Не терпелось погрузить парня моей мечты в агонию, услышать чуть больше, чем сдавленный вздох, поэтому я сделала пару поступательных движений пальцами вверх-вниз по стволу.
Сглотнул. Шумно так. Тяжело. Я поняла, что Саша из последних сил играл в джентльмена, пока его не по-детски крыло…
- Поля… Полечка, – полушепотом, не отрывая болезненно прищуренных глаз с моего лица, – что-то эта конструкция не внушает доверия… – ухмыльнувшись, он расстегнул спальник, так, что тот больше не сковывал его движений – Иди сюда! Ко мне иди… – наклоняясь, он прижался губами к моим губам.
В груди у меня было столько всего намешано. Сама не знала, как описать то чувство, стягивающее все внутри.
Александр Воронов вот-вот станет моим первым мужчиной. Мы за чертой, миновав предел. Вдвоем. В эпицентре взрыва, который случится с минуты на минуту…
Да. Немного отстранившись, я прочитала это в его глазах. Там уже было не просто желание. Там ревел всепоглощающий хаос. Жажда. Голод.
Прервав поцелуй, Саша мягко коснулся моих губ, чуть проведя по ним языком. Сердце сделало кульбит. Пульс ускорился стократно.
Это прикосновение – последняя попытка призвать к моему ускользающему разуму.
Поздно.
Еще с детства повелось, что во всех наших играх он всегда мне поддавался…
- Хочу тебя! – мои руки почти с отчаянием впились в его плечи, язык дерзко скользнул по его языку.
Все.
Дыхание окончательно сбилось, сердце сорвалось в галоп, стоило ощутить нажим его ладони на моем бедре, заставляющий шире раздвинуть ноги.
И его пальцы снова оказались в моей промежности, надавливая на чувствительный клитор. Это разорвало, выкидывая меня за грань. Его костяшки надавливали на складочки. Затишье. Усиление нажима. Пауза. Новая ласка. Нажим. И так несколько раз по кругу…
- Саш… – я почувствовала, как безнадежно потекла, извиваясь под натиском его пальцев.
Я больше не могла терпеть… Такая мокрая. Разгоряченная. Открытая.
Термоядерный контакт глаза в глаза.
Его полыхали чернотой. Жарким мраком. Мои…просто закатывались…
Я почувствовала, как смазывается мир, когда его каменный стояк коснулся моей промежности: направив головку к моему входу, Александр начал медленно погружаться…
- Лучший подарок на день рождения – в первый раз сделать это с парнем, которого…которого я знаю всю свою жизнь… – пробормотала я Сашке в губы.
Он замер, но лишь на секунду.
По моему взгляду, видимо, понял, что не имеет права испортить такой сказочный момент пустой болтовнёй. У нас еще будут сотни часов для раскаяния, чувства вины и жалости к себе, а пока есть только мы.
И эта сумасшедшая, будто краденая ночь…
- Я постараюсь максимально… аккуратно… – Саша склонился, чтобы меня поцеловать, продвигаясь еще глубже.
Всхлипнув, я зажмурилась от непередаваемого, непривычного чувства наполненности вперемешку с горячим свинцом желания и адовой болью внизу живота.
- Поля… моя… – нежно целуя меня в губы, водя ими от одного уголка моего рта до другого, заставляя улыбнуться сквозь слезы, выступившие на глаза.
- Саш… – хватая стремительно густеющий воздух, пока мышцы ног сводило судорогой.
Достигнув предела, Саша полностью вышел, после чего вновь начал медленно заполнять меня собой, позволяя привыкнуть и справиться с первой естественной реакцией моего тела на это вторжение.
Толчок. Еще толчок. Совсем слабенький. Даже не в половину. В треть его богатырской силушки. Воронов явно уже раз сто пожалел, связавшись с пьяной девственницей, отказать которой равно обиде на всю оставшуюся жизнь….