Я верю в то, что за эти десять лет тебя ничто не сломало и ты осталась собой: доброй и искренней, честной и настоящей, сохранила в себе того самого внутреннего ребенка Фунтика и не обросла защитным панцирем.
И самое главное….
Еще я верю, что ты наконец-то окружена на 100% своими людьми, которые ценят тебя и в которых ты уверена даже чуточку больше, чем в себе самой, хотя сейчас кажется, что это невозможно.
Верю, что ты все также любишь Александра Воронова и любима им во всех смыслах этих слов.
Все-таки любить кого-то на протяжении всей своей сознательной жизни, а у нас с тобой так и вышло, ведь мы полюбили Сашку раньше, чем научились говорить – это серьезная заявка на успех.
Вряд ли кто-то из его девок сможет переиграть нас или уничтожить… «Зловещий смех».😉
Догадываюсь, что ты зовешь Сашку своим Вороненком, а он, хоть и морщится, в глубине души с честью носит это гордое птичье звание.
И, пожалуйста, скажи, что Воронов также хорош в постели, как любит трепаться об этом!
Хотя даже в случае не самого благоприятного исхода, придется подарить ему Камасутру.
Куда уж с подводной лодки-то деваться? Уверена, в случае любых казусов, ты сможешь направить Сашу в правильное русло, как учат в блоге «Секс для чайников». P.S. Почитай еще «О чем молчат подушки» и «Искра в постели». Уверена, вместе вы со всем справитесь!
P.P.S Только не забывайте предохраняться, и, кстати, 23 года – уже отличный возраст для рождения детей и вступления в брак… Как ты считаешь?
Полина Левицкая себе через десять лет.
Когда Саша закончил читать мое старое письмо, написанное более четырёх лет назад, я обняла себя за плечи, так и не решаясь поднять на него глаза… Теперь он знал всю правду…
Эпилог
- Ну, что скажешь, юный теоретик плотских утех? Мы сможем обойтись без блога «О чем молчат подушки»?
По моему телу пробежала горячая дрожь, а сердце бешено забилось.
Я изо всех сил старалась держать себя в руках, зная, что еще чуть-чуть, и уже не смогу сдержать слез. Ведь я писала это письмо в шуточной форме к себе в будущем, и… и он не должен был его прочитать…
Однако тогда, за несколько дней до моего 14-ого дня рождения все, что меня волновало, было сосредоточено в одном человеке. Он был для меня всем.
Мальчишка, живущий по соседству.
Саша Воронов.
Мой Сасенька.
- Поль, а мое письмо ты прочитать не желаешь?
Я покачала головой, на что он сжал мою руку своей крепкой теплой ладонью, глядя на меня так, будто ничего такого уж вопиющего не произошло, всего-то узнал все мои тайны, начиная с двухлетнего возраста…
Саша закрыл свои великолепные карие глаза, делая глубокий вздох, и снова их открыл. Я увидела в его взгляде решимость. Улыбнувшись, он протянул мне свое письмо.
Только, конечно, выше моих сил было читать его вслух…
Александр Воронов. 17 лет.
Ну, привет, древний!
Как там в будущем? Уже научился управлять летающим автомобилем?
Прости, что беспокою тебя по пустякам (явно через 10 лет ты будешь занят чем-то более важным чем то, чем я занимаюсь сейчас), но Полина заставила меня написать письмо себе в будущее, а, так как слово Фунтика – непреложный закон, вот я и пытаюсь что-нибудь навоять…
Кстати, если ты до сих пор не купил себе «Ламборджини» на крипте, которую я (то есть ты) втихаря от отца майнил — значит, мы где-то жестоко просчитались. Или поленились. Скорее второе.😉
Ты уже женился?
Если да, то передай Полине, что она молодец - круглосуточно терпеть такого придурка…
А если до сих пор не сменил фамилию своей соседки с Левицкой на Воронову, то поздравляю – ты идиот! Клинический.
Друг, кроме шуток, сколько можно ждать? Ты любишь эту девчонку со времен Мезозоя! Ну, ладно, с тех времен, когда у Левицкого во время его коронных танцев еще не хрустели суставы 😉.
Мама до сих пор вспоминает, как ты заглядывал маленькой Молчунье в рот, даже когда она еще не умела говорить. И всегда играл по ее правилам, пусть Полина и меняла их в ходе игры, если чувствовала, что проигрывает. А еще, она была единственной, кому ты разрешал садиться себе на шею… во всех смыслах.
Если же ты собрался с духом и теперь вы вместе - передай Полине, что тебе было очень трудно дружить с девушкой, которую ты обожал.