Вроде ничего сложного. Вот только, воспользовавшись преимуществами полного погружения, я решил увидеть дуэль глазами двух сторон, и если за друида не было ничего особенного, то вот пара секунд просмотра глазами монаха, вызвала сильнейшее чувство тошноты. Ну и открыло новый аспект — взор Шивы. Этот самый взгляд, Соболь умудрялся использовать не просто раз за разом, а словно бы постоянно. Во всяком случае, объем информации, который он получал прямо во время движения, был колоссален. Сам по себе взор Шивы показывал все вектора. Любой объект, который должен был по любой причине переместиться, особым образом отображался во время использования этого аспекта. Вот только монах Соболь одновременно, видел и вектора вероятностей. То есть он и правда увидел яму — ловушку, по тому вектору, который случится в будущем, при условии что он на нее наступит. Иными словами, как минимум конкретно один монах, может немного видеть в будущее.
Озадачившись, специально искал бои других монахов и выяснил, что использование аспекта в движении, равно, как видение вариантов ближайшего будущего, их общая фишка, видимо своеобразная компенсация за купированную Волю. Дело в том, что зона наблюдения векторов и предсказания времени примерно совпадало со сферой наблюдения Воли. Которую, если я правильно понял обрывки беседы на форуме «Дамбалы», у монахов заменял параметр транса, который давал супервосприятие, но не позволял оперировать силой вне своего тела. Да и в теле доступна была лишь энергия ци. Ци это энергия тела носителя, способная конвертироваться в жизненную или из нее. Вся ци накапливалась в средоточии в районе солнечного сплетения и использовалась монахами для техник. По мере роста мастерства монахи открывали все больше, так называемых узлов, по сути этаких перекрестков, на которых адепт техник мог изменить направление движения ци. Тем самым заставляя ци течь по маршруту, создающему плетение. И вот это — то плетение из знаков ци, я и видел, с помощью аспекта наблюдения, весьма точно и ярко.
В общем основным выводом вечера для меня стала необходимость выработки тактики противодействия разным типам идущих по пути Искусства. А вот приятным открытием стала возможность получения навыков из записей дуэлей, да, все эти навыки, были определенными способами использования Воли. Вроде аспектов или Взора Шивы. Но некоторые имели и боевую ценность, так я узнал, что с помощью определенных манипуляций волей можно отбивать плетения, точнее как в фильмах про ушу, возвращать их назад, а также можно было попытаться рассечь чужое плетение, с помощью своеобразного лезвия воли. Правда была проблема, если замахнуться на слишком серьезное плетение, можно было получить Волевой шок, после которого Воля временно схлопывалась. И тогда уже все, шансов никаких. Но сам факт того, как многогранна воля, весьма интересен. Как минимум, поэтому мои полуночные бедения и наблюдения за дуэлями других разумных были не напрасны.
Сейчас с утра, какой-то недовольный, невыспавшийся заскочил в «Дамбалу», по быстрому получил благословение на стеле, и, захватив из Гильдейского кабинета консервационные контейнеры, принялся за готовку стараясь придумать, куда же мне двинуться в поисках добычи. С одной стороны, нужно было место, в котором есть деревья вообще природа, и сильное место силы. С другой, хотелось, чтобы поблизости было не особо много людей, поэтому, учитывая, что сегодня воскресенье, всякие парки и скверы не подходили. Поэтому я раздумывал, как добраться до подходящего места и решился поехать на автобусе до пляжа на озере Айдашки, там, вокруг озера, расположен сосновый лес, в котором уже можно будет побродить, поискать волшебные растения, а еще там, неподалеку, есть древнее место силы, Айдашинская пещера, она же, Девичья яма. Место жертвоприношений еще в каменном веке. Можно было доехать до комплекса, на месте палеолитической стоянки. Не так давно, мраморную стелу — указатель поменяли на реконструированный комплекс этой самой стоянки. Особой популярности месту это конечно не принесло, но посещаемости прибавило.
Сев на двадцать второй маршрут, проехал мимо бывшего ачинского глиноземного комбината, сейчас пустого, но не безжизненного. Все более — менее не аварийные постройки на территории предприятия сейчас реставрировали и планировали переделать под жилые и общественные помещения, территория же завода подверглась серьезной рекреации и ныне покрытые слоем белого порошка безжизненные просторы сейчас все больше оживали, зарастали травой и цветами. Совсем скоро здесь должен был появиться живописный и очень зеленый район. Несмотря на, насквозь индустриальную историю этого места. Уже лет десять, как работа людей на предприятиях связанных с переработкой полезных ископаемых в большинстве стран содружества запрещена, и все подобные нашему комбинату гиганты теперь вынесены в крупные производственные автоматизированные кластеры. Где из персонала, максимум удаленно оперируемые оболочки. Это позволило при даже увеличенных мощностях производства значительно уменьшить занимаемую полезную площадь предприятий. Да, в глубину и высоту заводы стали намного больше, но огромное количество городских земель последние годы возвращали к экологическому балансу. Поднимая тем самым, опосредовано, и уровень жизни горожан. Да, сначала, при остановке промышленных предприятий огромное количество людей лишилось работы. Было ощущение демографического коллапса и краха. Но рассосалось. Сначала люди начали открывать новые предприятия, малого и среднего бизнеса, находить удаленные работы, а после и численность населения города начала расти. Как оказалось, когда вдруг, резко падает уровень раковых и легочных заболеваний в регионе, населенные пункты начинают меняться и хорошеть на глазах, отчего-то все меньше людей начинает уезжать в поисках лучшей жизни, а вкупе с ростом продолжительности жизни и ростом рождаемости и вовсе город расцветает.
Расположенное неподалеку искусственное озеро, берег которого и являлся сейчас главным пляжем нашего сибирского городка, по периметру было окружено сосновым лесом, сейчас для меня населенного диковинными виртуальными существами и растениями. Кого и чего здесь только не было. Белки летяги искрящиеся искрами электричества, милые еловые человечки метко швыряющиеся своими семенами в проходящих мимо людей. К слову, одно такое семечко, не прицепившееся к цели, я подобрал, намереваясь посадить позднее. На берегу сновали покрытые зеленым похожим на водоросли мехом грызуны, удар плоского хвоста которых буквально раскалывал камни. Поляны, зарастали диковинными цветами с порхающими над ними не то бабочками, не то феями. Выбрав место поспокойнее, и усевшись на специально для этого захваченную из дома пеньковую циновку, настроился на аспект видения. Впервые не в виртуальности, а в режиме дополненной реальности реального мира. Картина отличалась, но не сказать, чтобы кардинально, магическая энергия струилась через весь лес, где-то бурля полноводным ручьем, где-то словно замирая, разливаясь, как на заливном лугу. В зависимости от этого менялся и магический мир, поляны фей располагались в спокойных, заливных участках, на стремнинах и самых беспокойных участках растения становились все более активными, все больше размывалась граница между царствами, семена цветов начинали разлетаться в стороны диковинными бабочками. Цветы в форме кувшинчика буквально выстреливали в сторону идущих по своей тропке искрящихся муравьев своими длинными языками — пестиками, хватая муравьишку, который, по мнению цветка, оказался слишком далеко от остальных. Муравьи же, за долю мгновения строили мост из своих тел, телепортируясь на расстояние в пару десятков сантиметров, цепочкой хватая похищаемого растением собрата и подстраховывая друг друга, но иногда не успевали, тогда жертва утягивалась в жерло кувшинчика, который тут же наполнялся пенящейся фиолетовойжидкостью, выплескивающейся сладким, манящим нектаром, прямо под корни хищного цветка. И везде, в каждом цветочке, хвоинке, былинке струилась сила, окрашенная в разные цвета, структурированная в разные стихии и силы. Перестраивающаяся и непостоянная. Постоянным было только темное клубящееся массивное облако на ветке одинокой сосны, в привычном спектре являвшееся крупным иссиня-черным вороном, что насмешливо косился на меня одним глазом и пытался выклевать глас из оторванной рыбьей головы. Скорее всего, головы карпа кои, но отсюда таких подробностей было не видно.