-- Не беда. Мелочи.
И повернувшись к шихне, Афоня провозгласил:
-- Вали Исмаил, ты славен своей храбростью в битвах, верностью государю, благочестием в делах веры и мудростью в управлении народом. Слава твоя разнеслась далеко и дошла даже и до наших отдалённых местностей.
Точно. Весьма отдалённых от вашего Бердичева. Э... Чалуса.
-- Мой господин, Правитель Севера, Воевода Всеволожский, князь Иван Юрьевич и протчая и протчая, в знак любви и дружбы, послал тебе подарки. Дозволишь ли вручить их ныне?
Шихна кивнул, сразу напрягшись и нервно облизнувшись.
"Добрый дедушка Мороз. Он подарки нам принёс. Приходи к нему лечиться и...".
Ой, это, кажется, из другого воеводского стишка. Но "лечить" - будем!
Диван тоже замер в ожидании... чего-то "лечебного".
Афоня тяжело поднялся на затёкшие ноги, сразу напомнив присутствующим о своём росте и весе, о мощи, свойственной "диким кровожадным русам".
"Мощный выехал рус: чье стерпел бы он иго?!" - не забыли? Правильный ответ: ничьё.
Взмахом руки отогнав прислугу, Афоня выбрал у себя на поясе ключ.
-- В том сундуке - вещички. Мои и людей моих. А тут... подарки для мукты Исмаила. Да порадуют они его взор и развеселят сердце. И первое, что мой господин послал правоверному и благочестивому мукте, есть книга. Святая книга. Лучшая из книг для всякого, идущего по пути Аллаха. Коран. В этой книге нет драгоценностей снаружи. Ибо они внутри. Ибо на этих страницах в точности написаны слова самого Пророка Мухаммеда.
То, что печатный коран стал для нас стратегическим товаром - я уже... Первые небольшие партии были произведены и проданы в Булгаре и в Саксине. Кое-что разошлось и по Хазарскому морю. Пока это диковинка, в Чалусе нет ни одного экземпляра.
Вообще-то это задумывалось как ширпотреб. Довольно скромное издание. Переплёт не теснён золотом, обложка не выложена жемчугами-самоцветами. Ценность определяется не украшениями, а редкостью.
Слуга на вытянутых руках отнёс подарок мукте. Тот приложил книгу ко лбу, к глазам и губам и, несколько растерянно посмотрев по сторонам - коран нельзя класть на пол, вручил одному из слуг держать в руках.
А Афоня, подобно заморскому волшебнику, принялся доставать из сундука всё новые и новые невиданные вещи, сопровождая каждую объяснениями, преувеличениями и пожеланиями. Давние советы Николая и караван-баши Мусы, годы, проведённые в беседах с купцами в Саксине, вполне обеспечивали его обширным набором уместных фраз высокого торгового стиля.
Сперва на свет из сундука явились раскрашенные глиняные игрушки - четыре диких коня разных пород и окраски.
Человек может принять ислам, жить в городе, стать муктой. Но если он родился кыпчаком, если он увидел белый свет под пологом юрты, его сердце всегда забьётся живее при виде чистокровного горячего прекрасного коня.
Мы не рискнули включать в подарки мусульманским владыкам изображения людей, но ишак и верблюд, слон и буйвол, лев и гепард...
Потом пошла разнообразная посуда. Довольно вычурные раскрашенные глиняные кувшины, со стилизацией под древности, с "авторозливом", с естественным охлаждением, с поливами, под "гжель"...
-- Достославный мукта безусловно достоин пить и есть на золоте.
"Деревянное золото" в блюдах и чашках. Яркая, чёрно-красно-золотая роспись. Маки и тюльпаны, завораживающие своим гипер-реализмом, идеальность форм и нереальностью, идеальностью цвета.
Фигурки и подвески из хрусталя, стекла, янтаря. Бусы, ожерелья, перстни.
-- Мудрейший аль-Бируни указывал в своих сочинениях, что великие правители, способные проникать мыслью в тайные планы своих противников, оттачивали этот талант, размышляя о движении шахматных фигур, исполненных из хрусталя. Я полагаю, что этот набор чёрных и белых хрустальных воинов развлечёт достославного мукту в часы досуга.
Кошель из юфти. С разъяснением: "русская кожа". Не плесневеет. Потому как пропитывается... тут глаза рассказчика закатываются. Кошель, конечно, расшит цветным бисером в форме благожелательной цитаты из сур.
Две кисточки из хвостов белки, с выражением уверенности в искусности мастеров шихны, которые применят их для украшения жилища господина, прорисовывая ну очень тонкие линии. Горшочки с дёгтем сосновым и дёгтем берёзовым. Лекарства типа мазь Вишневского, касторка. Варенья из морошки, клюквы, голубики и брусники. С упоминаем всех известных врачевателей от Гиппократа до Авицены и их суждений о великой пользе северных ягод для всего. Включая непрерывный восторг всех прелестниц гарема.