— Известно, как оно выглядит?
— В самых общих чертах, ведь по сообщениям очевидцев тело его полностью объято пламенем, поэтому разглядеть детали до сих пор не представилось возможным.
Музыкант почесал пальцем лоб.
— Может быть, это жракон, — сказал он, и непонятно было: спросил или предположил.
— Что за жракон? — снова нахмурился бородатый.
А стоявший справа от него опять зевнул. Он попытался подавить возглас, но в результате громко зачавкал и выдавил писклявое долгое «а-а-а». Хохотун слева схватился обеими руками за лицо, но не сумел сдержать смех, затрясся весь, задергался, захрюкал. Бородатый стал страшнее тучи, ударил нервно и нетерпеливо указательным пальцем по своей же ноге раз, другой, и еще пятнадцать раз быстро.
— Напомните, — сказал он, выждав почти целую минуту, — казнить вас, когда мы вернемся в замок.
Зевака так перепугался, что выронил меч, шумно звякнувший о каменный пол.
— Я напомню, — вставил его коллега хохотун.
— Жракон — это что-то вроде огнедышащего слизняка размером с фрегат, — поспешил сказать Сардан. — Правда, сам я их никогда не видел.
— Ничего не знаю ни о каких выдуманных вами слизняках, однако установлено, что источаемый этим чудовищем огонь способен разъедать и плавить камни, отчего последствия его нападений, как правило, самые трагические. Уничтожено до основания несколько дворцов, выжжены целые кварталы ряда городов. На борьбу с чудовищем отправлена была в полном составе Вторая Армия, множество добровольческих отрядов, множество могучих катшаров, богатырей благородных кровей и всякого сброда. В лучшем случае домой возвращались изрядно загоревшие, а большинство то ли где-то заблудились, то ли мертвы. Среди погибших, помимо членов славных дворянских семейств, мантри, военачальники и высокие советники ханараджи, а также, насколько мне известно, по меньшей мере… В любом случае, нет смысла рвать волосы по поводу павшей знати, когда одной из жертв нападений стала сама принцесса ханасама.
— Чудовище убило раджкумари⁈ — воскликнул Сардан.
— Точно неизвестно, — уклончиво и глухо промямлил бородатый, отвернулся куда-то в темную стенку. — Обстоятельства исчезновения принцессы до сих пор выясняются. Комиссия при дворце разбирается в произошедшем, а тела, как вы должны понимать, найдено не было.
— Что же за обстоятельства? — музыкант сдвинул брови.
— Вы считаете, что имеете право это знать? — рассердился бородатый.
— Я почему-то подумал, что вы позвали меня сюда просить о помощи.
— Властители не «просят».
Правый охранник вдруг опять едва не зевнул, но вовремя обхватил лицо руками и лишь прошипел еле слышно. Скрипнул меч.
— Тогда я пойду домой, — сказал Сардан, делая вид, что встает.
— У вас нет дома, вы — музыкант.
— Помимо соглашения с монастырями, которые обязуются предоставлять музыкантам убежище, у артели есть подобный же договор с борделями.
— Сядьте, — устало сказал бородатый, а потом резко рявкнул: — Сядьте!
Музыкант сел. Бородатый потихоньку выходил из себя.
— Принцесса жила во дворце Шанитра Сете в двух днях пути от столицы, — сказал он. — Она продолжала занятия со своими учителями и готовилась к скорому браку. Как вы должны понимать, ее связи с окружающим миром были весьма ограничены. Жители окрестных селений не должны были знать, кто проживает в родовом имении правящего дома, и проживает ли кто-то вообще, — он почесал пальцем у щеки. — Однако в день нападения раджкумари покинула Шанитра Сете.
Сардан заметил на лбу бородатого полуприкрытый волосами и тиарой третий глаз — признак княжеского рода Веренгорда, хотя обыватели утверждают, будто глаза эти рисованные.
— Чудовище прошло мимо Шанитра Сете и сожгло замок дхара Шендаранаги. Там же, неподалеку от руин сгоревшей у замка деревни, были обнаружены драгоценности принцессы, ее колье с эмблемой рода и символом раджкумари, а еще опаленная сандалия с сапфиром. Слуги раджкумари видели, что незадолго до нападения она оставила дворец и направилась в сторону замка, поэтому следом тотчас выслали ее паланкин. Но добрался тот только к пожарищу.
— У принцессы был роман с дхаром?
Дхарами в Матараджане называли феодальную верхушку, властителей земель, княжеств или, как их именовали на севере страны, — дхарий. Эти люди, состоявшие в разной степени родства с самим ханараджой, без конца враждовали за самые богатые земли, и вражда эта нередко приводила к опустошительным войнам, а в случае, когда правитель не оставлял прямых потомков, дхары делили между собой трон. Высший титул ханараджи, как правило, доставался тому, на чьей стороне оказывалось больше марачи — богатых землевладельцев, снабжавших дхаров деньгами и войсками. До недавних пор в Матараджане было всего семеро дхаров, сейчас же, очевидно, их осталось не более шести.