Так наши встречи стали постоянными. Я ждала вечера среды. Иногда наши часовые встречи задерживались вдвое дольше, трудно было оторваться от книги. Я ждала, когда очередь читать снова перейдет к нему, чтобы услышать его голос, окунуться в текст под его затягивающие интонации. К сожалению, книга закончилась всего через месяц.
***
Мне было странно видеть сериал про мою маму в молодости. Еще более странным было это раздвоение в моих мыслях. Зачем кулон показывает мне именно это? Я понимала, что нахожусь без сознания. Я видела кадры из прошлого и пыталась вернуться в свою реальность. Но я не чувствовала тела и не могла им управлять.
***
Ангелине, 26 лет.
– Ты хотел бы семью? – спрашивала мама, прижавшись к брюнету из клуба читателей.
– Да, но не сейчас. – Он повернулся ко мне. – Ты же знаешь, что мне уезжать на практику, и я не могу отказаться.
– Возьми меня с собой? – я заглянула ему в глаза.
– Ангелин, а вдруг не получится, вдруг я не смогу нас содержать?
– Мы справимся…
– Дай мне месяц освоиться и приедешь ко мне… Не расстраивайся…
В теле бушевали гормоны. Мама не думала, что разговор зайдет таким образом. Она хотела сообщить ему, что ждет ребенка, но прикусила губу и ответила только:
– Хорошо.
Ангелине, 26 лет,
девятый месяц беременности.
Мама сидела в той же библиотеке, но уже с огромным животом. Раздался звонок на городской телефон. Я услышала в трубке знакомый голос:
– Привет, прости, что не звонил несколько месяцев. Как ты там у меня?
– Все хорошо. – Мама поглаживала живот. – Когда ты приедешь?
– Ангелин, я не смогу… И я хотел сказать…
– Знаешь, мне надоело тебя ждать, – резко сменила тон мама. Ее голос задрожал. – Виктор, я уже несколько месяцев не одна…
– Что? Как ты могла? – перебив маму, он закричал. А потом заговорил тише, но в даже я почувствовала его злость: – Я не хотел делать этого по телефону, но раз ты сама созналась, давай закончим нашу историю!
– Я… – мама расплакалась, – ты не так понял…
– Ангелин, что можно не так понять? Давай без драмы. Я так и думал, что все закончилось, как только я уехал. Все. Пока.
И он положил трубку.
***
Я распахнула глаза и резко села. Слабость, подташнивало, сухость во рту, захотелось прокашляться, но получился какой-то хрип. Темные круги расходились перед глазами, пришлось проморгаться. Интерьер был тот же, но только я была в комнате Константина, а не в гостиной. Я хотела встать с кровати, но тут же ко мне подбежала девушка в медицинском халате.
– Алексия, лежите-лежите, – сдерживала она меня, пытаясь уложить на постель. – У вас стоит капельница, аккуратно.
– Что? Сколько времени прошло? – я пыталась восстановить последние события.
– Более суток.
– А сколько сейчас времени?
– Половина шестого.
– Значит, свадьба уже прошла, – выдохнула я.
– Что? – не поняла меня медсестра.
– А где Константин?
– Он скоро придет, я ему уже сообщила, что вы очнулись. – Девушка печатала что-то в телефоне. – Только, пожалуйста, не вставайте еще немного.
Я ответила согласием. Хуже ослабленного физического состояния было только ощущение беззащитности, преследующее меня. Я никак не могла взять в свои руки свою же жизнь.
Истории прошлого заставили задуматься и о моем отце. У нас были разговоры, но видя, как маме больно, я прекратила расспрашивать.
Знает ли этот Виктор, что у него есть дочь? Жив ли он?
Меня разрывало на мелкие кусочки. К моим собственным переживаниям добавились мамины чувства давно прошедших лет. Я с рождения не знала, что я ангел и что смогу летать. И никогда не расстроилась бы по этому поводу. А мама жила среди ангелов, ее учили быть ангелом, рассказывали, что скоро у нее вырастут крылья. Она видела, как ангелы парят в облаках. Как после этого осознать, что ты лишился всего по вине родного человека? За нее тоже все решали другие, как и за меня.
Теперь мне стало понятнее, почему бабушка не отходит от мамы. Не только из-за родственных чувств. Ее гложила вина. Последствия ее решений, настигли бабушку слишком быстро. Она могла бы выбрать другой путь. Но теперь видит, как погибает ее ребенок. Мама могла бы тоже жить дольше человеческой жизни и не мучаться сейчас по больницам… Если бы бабушка в свое время не заставила ее пить эту черную смесь.
Возможно, она поступила правильно и спасла этим целую деревню. Или целый мир ангелов. Ведь серебристые крылья дают многие возможности. Мне стало страшно, тело ломило. Я поняла, какой вред может нанести даже одно мое перо, не говоря о целом крыле.