Начался бой. Учиха сразу же разорвал дистанцию. Кабуто воспользовался моментом и швырнул несколько кунаев. От глаз Неджи не укрылось насколько ловок и умел он был в этой отрасли. Практически ничем не хуже экзаменатора второго этапа, только вот несколько снарядов летели мимо. Такие промахи возникают только тогда, когда человек намеренно желает промахнуться. Саске без труда отразил летевшие у него кунаи, и пошёл на сближение. Неджи не видел характерного для Шарингана алого свечения глаз и вопросительно перевёл взгляд на Какаши. Почему?
Началось Тайдзюцу, и Учиха, едва стоявший на ногах, не впечатлял ни скоростью, ни мастерством. Неджи активировал Бьякуган, чтобы убедиться в своих догадках. Он практически не пользовался чакрой. Кабуто его теснил, но упускал моменты для нанесения весомого удара, медлил.
— Неджи-кун, что ты видишь? — спросил Какаши, заметив вздувшиеся от напряжения вены на лице Хьюги.
— Он борется не с противником, а с самим собой, — заключил Неджи. — Чакра в его теле, там два вида, и они борются друг с другом. Светло-голубая и воздушная против тёмно-синей, плотной и тягучей. И чем больше он двигается, тем сильнее истощается светлая и тем сильнее начинает давить и распространяться по чакросистеме тёмная. Но меня смущает другое, — этот конфликт чакры у Учихи он уже видел и для Неджи это не было удивление, хотя для Какаши, видимо, было. — Почему чакра Кабуто такая плотная и мощная? И скорость её циркуляции не уступает таковой у рефери? Какаши… — Неджи призадумался, как к нему обращаться. Он же ведь тоже теперь являлся наставником учебной команды. — Сенсей и Гай-сенсей. Это же не уровень генина, почему он до сих пор не сдал экзамен? — Какаши снял повязку со своего глаза, блеснув пылающим алым Шаринганом.
— Действительно, очень странно, — произнёс он.
Неджи начал внимательнее следить за Кабуто, чувство лёгкого разочарования Учихой было быстро задвинуто назад. Наверняка всё здесь не так просто. И Хьюга понял, что медик буквально игрался с Учихой, щадя его и заставляя все больше и больше прибегать к использованию чакры, и нет-нет, да и да возьмёт, да бросит беглый взгляд на трибуны. И после каждого взгляда его действия становились жёстче и жестче, пока всё не переросло в методичное избиение.
— Саске! Ты Учиха или где? — выкрикнул блондин, не выдержав того, как избивали его товарища. Тут было не вооруженным взглядом видно, как сильно он за него переживал. Ли, стоявший рядом с коротышкой внимательно следил за ситуацией на арене. Когда Учиха высвободит ту силу, что была в Лесу Смерти? — И это всё, на что ты способен?
После выкрика блондина Учиха разорвал дистанцию и взглянул на трибуны, на его лице промелькнуло озарение, постепенно сменившееся решимостью. Кабуто воспользовался моментом и рванул вперёд. Саске тоже помчался, его скорость увеличилась. Тёмная и плотная чакра взяла и начала течь по чакросистеме, а по телу Учихи заструились тёмные отметины. Кабуто замер, с крайне довольным выражением лица, словно это было именно тем, чего он добивался, а Саске, опершись рукой о землю, практически идеально воспроизвёл один из излюбленных ударов Гая и Ли. Удар с ноги в подбородок, отправляющий в полёт, и подпрыгнул за ним. Тень Листа. Удар такой силы в челюсть может временно нарушить его координацию. Неджи уже успевал опробовать его на своей шкуре в исполнении Гая.
— Это же мой приём! — не смог сдержать эмоций Ли. У Гая тоже были глаза на выкате, а Какаши лишь довольно ухмыльнулся, но наверняка это скрывала маска, но резко стал серьёзным и мрачным и подготовился врываться на арену. Печать размеренно покрыла половину, а после замерла и начала сворачиваться. Тёмная чакра, казалось, стекала вместе с ней. Какаши облегчённо выдохнул.
Учиха растворился в серии ударов, в конце впечатав Кабуто о плитку арены. Но медик успел сгруппироваться, несмотря заторможенность в движении и минимизировать урон.
Победу присудили Учихе. Неджи погасил Бьякуган, блондинчик начал радостно скакать на месте и выкрикивать что-то бодрящее и радостное, а Какаши в одно мгновение оказался на арене и помог подняться Саске. На арену выбежала бригада медиков, но как аккуратно поднявшийся Кабуто, так и Какаши, отказались от их услуг. Первый, аккуратно и слегка пошатываясь, покинул арену через главный выход, а второй увёл своего подопечного через противоположную дверь.