Вода под шиноби ожила и начала причудливо закручиваться, принимая форму ленточного дракона, а после взлетела и обрушилась на деревья позади Неджи, переломив штуки три-четыре.
— Спасибо, — восторженно кивнул Неджи и погасил Бьякуган, осознав, что сегодня учиться этой технике он уже не сможет. Темнело, да и сил оставалось крайне мало.
Джирайя лишь отмахнулся, словно такие техники для него несущественная мелочь.
— Я за свое время обучал многих талантов. Каждый имел свои слабые и сильные стороны. Неджи, ты хоть и силен для своего возраста, но не стоит забывать, что у каждого свой темп и потолок, — Джирая вздохнул и продолжил: — И всегда помни, ради чего ты применяешь силу. А то потом придется жалеть о принятых решениях.
Глава 25: Призраки прошлого
И вот, добравшись до своей кровати, Неджи облегчённо на ней развалился и с нескрываемым удовольствием устало потянулся, а после провалился в размышления, ещё раз прокручивая в голове слова Джирайи.
Что же его заставляло двигать вперёд? Звание чунина подарило бы ему чуть больше свободы, а давление дяди — значительно ослабло: Неджи бы считался совершеннолетним. По силам он явно соответствовал, прошедший экзамен и спарринг с Джираей это подтверждали. Будь Хьюга слаб — не получил бы ни лестной оценки, ни совета. Да и сам Неджи больше приравнивал себя к токубецу-джонину, да и то, что Хо тщательно избегал спаррингов, чтобы не поколебать своего авторитета играло в пользу его размышлений.
Желание превзойти главную ветвь? Так никто из погодок клана ему давно не ровня, а со взрослыми из главной ветви он бился только с главой. И как бы он не старался, одолеть дядю не хватало сил.
Доказать всем, что всех своих целей он может добиться сам, не прибегая к чьей-либо помощи? Тоже нет. Перед глазами возник тот день, как он ребенком стоял перед могилой отца, а в ушах заиграли сказанные им слова. Неджи двигало вперёд желание изменить клан, а не просто вырваться из оков. А для этого нужно было встать во главе, но идей, кроме как заявить об этом с позиции силы, предварительно разобравшись с печатью, не было.
Следующие два дня шли в былом темпе. Тягучее ожидание начала фестиваля и прихода Цунаде разбавлялись тренировками. Джирайя ещё разок навестил Неджи и подсобил с изучением техники. Хьюге было сложно относится к саннину без уважения, несмотря на знакомство, что было не из самых приятных. Да и вечные попытки неудачных и пошлых шуток, вызывавших лишь испанский стыд, вместе с целостной манерой поведения этакого шута тоже не способствовали. Точнее, это всё была ширма, скрывающая суть. Сильный и опытный шиноби, который мог найти подход к человеку не только в миссии, но и в общении и обучении других.
Джирайя не навязывал своего мнения и не пытался припечатать авторитетом, как любили делать в клане Хьюга. И обучал он не только Наруто, но и самому Неджи дал несколько советов, причём не для галочки, а подошёл к делу ответственно и серьёзно, хотя не был обязан так поступать. Подобное отношение к себе от посторонних шиноби Неджи испытывал только от Гая, хотя его посторонним сложно назвать. Всё же наставник, а вот Джирайя — точно посторонний. Это многое значило для Неджи.
Девятнадцатого августа было открытие фестиваля, и больше всех этой новости обрадовался саннин, а Неджи внутренне подобрался, ведь ему не в коем случае нельзя проглядеть Цунаде. Хьюга мельком подслушал разговор Джирайи с Наруто. Узумаки всё это время не филонил и тоже усердно тренировался, потому саннин чуть ли не приказал денёк отдохнуть и развлечься перед началом финального этапа осваивания техники. Любознательность Неджи хоть и требовала пойти и поподробнее расспросить Узумаки о втором и третьем этапе его техники, но вбитое в подкорку воспитание высокомерных Хьюга оставило свой след, да и чувством такта Неджи обладал. Джирайя и без этого ему сильно помог, да и не погладит он по голове, если Хьюга будет больше наглеть.
Узумаки буквально воссиял от радости и не мог найти себе места от счастья. Он прямо фонил радостью и предвкушением. Разве должна такая мелочь, как выходной на праздник, вызывать подобную бурю из эмоций?