— Ясно, — кивнул Альге. — Выйди.
Дали кивнул и покинул кабинет. Мы остались одни.
— Расскажи, что ты делала в комнате Замира.
Запинаясь, я попыталась подробно описать, что происходило и что я делала. А точнее, не делала.
— Я… Мой господин, я не знала, что мне делать. Вы не сказали… — закончила я скомканно, пытаясь понять, собирается ли ругать меня Альге.
— Мы долго обсуждали с доктором вопрос о твоей подготовке. Видишь ли, Лену были даны весьма подробные инструкции, никто не собирался полагаться на дурачка. Но он не справился. И дело, возможно, было не столько в нем, сколько в изначальной ошибочности инструкций. Когда мне удалось достать тебя, Кронберг подтвердила твой высокий уровень и предложила позволить тебе действовать исходя из интуиции эспера. Поэтому тебе решили дать полную свободу действий. Ты легко подстраиваешься под настроение другого человека. Виртуозно, я бы сказал. При этом делаешь это даже с теми, кто вроде бы не должен поддаваться на твои чары. Юрий, Кронберг… не знаю, восхищен ли я тобой или разочарован ими, — задумчиво сказал император.
— Но с молодым господином у меня не получилось.
— Не получилось? Я бы так не сказал. С Леном мы долго ждали хоть какого-то результата от терапии, а в итоге получили его труп. Ты же с первого раза смогла вызвать реакцию сына и осталась живой…
Он поднялся и прошел к окну.
— Ты думаешь, Замир специально причинил тебе боль? — спросил, не поворачивая головы.
Я глядела на прямую спину и не могла понять, что же думал этот человек в данный момент. На нем не было чипа, но контроль мыслей Альге был так совершенен, что я не могла уловить даже обрывок его размышлений. Но нотка неуверенности, грусть, скрытая где-то на дне его оледенелой души… Надо же, император может что-то чувствовать. Это поразило меня.
— Я так не думаю. — Покачала головой, хотя знала, что Ядгар меня не видит. — В тот момент… Замира что-то заинтересовало во мне. Он не снял свой блок, но смог увидеть меня — по-настоящему увидеть. Не только глазами, но и душой. Я удивила его и поразила, но не испугала. У него не было причины делать мне больно.
— Тогда почему он сделал? Или это его?.. Он отдал тебе свою боль? — напряженно спросил Альге.
Я уже думала над этим вопросом, поэтому мне было несложно подобрать ответ:
— Ребенок не выдержал бы столько боли, мой господин, что пережила я в тот момент. Нет. Все дело в том, что наш контакт просто пошел не так. Не знаю, какова должна быть связь между эсперами, но я сильно сомневаюсь, что она должна причинять такие страдания. И… я не могу пока сказать точнее, но как эспер молодой господин сильно отличается от меня.
Мне показалось, или Альге ничуть не удивился тому, что я сказала? Впрочем, разве с точки зрения эспера он сам не был странным — человек, почти не способный чувствовать и имитирующий чувства? Чем дольше я думала об этом, тем больше понимала, что проблемы Замира связаны с эмоциональной инвалидностью его отца. Как будто другая сторона зеркала. Возможно, что-то наследственное. «Ну или просто маленький принц был зачарован злой колдуньей за то, что бесчувственный король дурно с ней обошелся». Я не смогла удержаться от маленькой фантазии.
— Твое воображение поистине не знает границ, — насмешливо заметил император, и я с ужасом поняла, что очень «громко» подумала.
— Простите, — покаянно ответила, втянув голову в плечи.
— Не стоит. Просто тебе надо научиться контролировать свою новую способность. Ты ведь не хотела транслировать мне свои глупости, Эрика? — Альге неожиданно искренне улыбнулся, кажется, впервые за все то время, что я его знала.
Я яростно покачала головой.
— Хорошо… Кстати, я разрешаю тебе тренироваться в передаче мыслей со мной и использовать эту способность с Замиром. Но не с остальными.
Я кивнула, хотя ему и не было нужно подтверждение моего согласия. Он и так был в нем уверен.
— Отдыхай до завтра. Сегодня все прошло не слишком гладко, нужно время, прежде чем попробовать еще раз. И… — Альге подошел ближе и неожиданно погладил меня по спутанным кудрям, — если ты на самом деле поможешь моему сыну, вылечишь его, я награжу тебя.
— И как же? — без капли интереса спросила я, терпя ласку. К драгоценностям и дорогим тряпкам я была равнодушна. Но ответ императора внес сумятицу в мою душу.
— Я дам тебе свободу и достаточно денег, чтобы ты могла начать новую жизнь там, где захочешь. Можешь остаться на Лонге, можешь вернуться на Токсану или улететь в миры Космосоюза. Ты сможешь сделать все, что захочешь.