-Батюшка откуп отдаст, отпусти, не губи! – взмолилась она.
-Честь твоя всё одно порушена, так зачем отпускать? – усмехнулся он, впиваясь жёстким поцелуем в розовые губы.
-Ах ты, нехристь! – вошедший в ту минуту Елисей, схватив тяжёлый подсвечник, опустил на голову мужчины.
-Убил? – вскрикнула Тоська.
-Жив, чёрная душа, - мужик проверил дышит ли потерявший сознание. – Утекайте отсюда, да скорее. Лошадей не берите, заметят.
Парни схватили за руки опешивших девушек и потянули за собой.
-Я не пойду, - всхлипнула сенная девка, вырывая ладонь из пальцев Парамошки.
-Дура девка, - рявкнул мужик. – Раз жизть дорога, утикайте!
Агафья, крепче ухватившись за неожиданного спасителя, побежала, стараясь не путаться в длинных юбках многослойного убранства купеческой дочери. Сообразившая что к чему Тоська кинулась следом, а уж потом и рыжий, прижимая краденное, чтоб не звенело.
-На низ не ходите, тама искать зачнут сперва, - крикнул вдогонку мужик.
Выскочив из тяжёлых кованных дверей, беглецы опрометью бросились за дубовые ворота, не обращая внимание на разрывающихся лаем цепных псов, и помчались в сторону хвойника. Холопы, управлявшиеся с работой на дворе, лишь лениво проводили их взглядами и вернулись к своим делам, рассудив в дела хозяйские не влазить. Раз из гостевой половины выбежала девка, знать Анисим сын Васильев сам и отпустил. Как иначе-то? Никто не кричит, взапуски не догоняет.
А четвёрка улизнувших, торопилась скрыться за высокими деревьями, всё дальше и дальше от купеческого охотничьего двора.
-Уж душа из груди выпрыгнула, - задохнувшись от скорого бега, Агафья остановилась, пытаясь отдышаться.
-Терпи, коли спастись желаешь, - потянул снова за собой Елисей.
-Не пойду с тобой, - заупрямилась девушка. – Что спас, за то Бог благословит. Но пути наши разные. Я к батюшке возвернусь.
-Ну и дура, - разозлился парень, переглянувшись с догнавшими их Парамоном и Тоськой. – Батюшка твой али погонит прочь, али обратно выдаст. Я знаю Фадея Иваныча не по наслышке. Он такую оплеуху не стерпит!
-Так не поругана же я! – вспыхнула Агафья.
-Али так люб тебе старый боярин? – зло прищурил глаза Елисей. – Дворянкою быть надумала? Так знай! Про соблюдённую честь только мы и знаем, а какая молва пойдёт догадаться не велик труд. Полно. Не досуг с тобой лясы точить. Ступай, раз решилась. А нам пора. Поспешай Парамоша, до темну следует подале утечь.
Развернувшись, он быстрым шагом направился вглубь леса. Растерянно улыбнувшись девушкам, рыжий рванул следом.
-Как поступить, вразуми Господь! – застыла на месте Агафья.
-У меня ума мало. Однакось, статься правду сказывал спаситель-то наш, - подала голос Тоська.
-Погодь, - крикнула вдогонку решившаяся девушка.
-Надумала? – резко остановившись, оглянулся парень. – Тогда поспешай. Не долго остальные пировать станут, как купец очухается.
-Ты меня к тётке Прасковье в монастырь сведи. Я недолго обузой стану, - подбежав ближе, зашагала рядом.
-Поглядим, - буркнул Елисей, приметив, как светятся глаза Парамона с Тоськой, за руку идущих следом.
6
Придя в себя, Анисим глухо застонал, хватаясь за голову. Нащупал большую шишку и зашипел от прострелившей боли. Мутным взглядом обвёл опустевшую светёлку, поднялся, шатаясь на ноги, и заторопился в трапезную, откуда доносились нестройные хмельные голоса, сыпавшие скабрезными шутками и тянувшие заунывные песни о вольных разбойничках.
-Анисим Василич, - подскочил к хозяину пьянющий приказчик. – Не извольте беспокоиться, все тут.
-Тут да не тут, - зло огрызнулся купец. – Вели седлать коней вдогонку. А холопов, что беглянку не остановили, высечь!
Хватив со стола чару с брагой, опрокинул в рот, чтобы унять ноющую боль, и первым вышел во двор. Мужики, что в сарае милостью Агафьи пирогами радовались, повскакали первыми, создавая толкотню в дверях, мешаясь ватажникам купеческим поскорее в сёдла вскочить.
Но всё же, слуги Анисима, вслед за хозяином бросились в погоню. А атаман Герасим, с хитринкой глянув на свой отряд, скомандовал: