-Что, Бегловы? Пора в путь, - достал приказ об отправке в Мангазею и зачитал. – Волею Императора Россейского большие и малыя и прочая Петра 1 Алексееча повелеваю казакам Беглову Елисею и Беглову Парамону со супругами венчанными отправляться справлять службу государеву…
-А разе можно так? – открыла рот Тоська.
-По пути в селе повенчаемся, - уверенно заявил предводитель беглецов. – Иль не желаете?
-Да кто ж отказывается-то? – радостно разулыбался Парамон, хватая Тоську за руку.
-А если откажут венчать без родительского благословения? – осторожничала Агафья.
-Попу деньгу дадим, он и не спросит, - потянул к коню невесту Елисей.
В третьем попавшемся на пути селе стояла старенькая покосившаяся от времени деревянная церквушка. Тут и узаконили пред Богом и людьми свои супружества обе пары. Древний седой, как лунь, священник, внимательно посмотрев на четверых путников без всякой платы совершил обряд, а затем предрёк:
-Не след вам ехать, куда бумага царская указывает,- и усмехнулся задорно, увидев удивление на их лицах, ведь про приказ и не упоминал никто. – Погибнете дорогой и дитя загубите неродившееся. Вы на юг к Уктуйскому езжайте, там место ваше обозначено.
-А как без бумаги-то ехать? – забеспокоился Парамон.
-А у меня паспорт проезжий имеется. Всё как положено. Вот ваши имена впишем и езжайте, - улыбнулся поп.
-А ты, батюшка, как же? – уточнил Елисей.
-А что мне? Меня Бог к себе уже зовёт. За грудиною печёт, мочи нет. Вот вас дожидался, - старец вынул из деревянного ящичка пожелтевший лист и аккуратно вписал на свободное место после иерей Иоан «со внуками вольным казаком Уральским Бегловым Елисеем, вольным казаком Уральским Бегловым Парамоном и пред Господом и Святой Церковью венчанными супругами Агафьей и Антониной». Далее следовало, что вольны они путешествовать по всему государству Российскому. – Будут спрашивать, скажите «дед ко Господу приставился». Тут печать епископа. Никто перечить не станет. А к Уктуйскому заводу приехамши, разыщите атамана Артемьева Михайло, али потомков его. Книжицу эту передайте, от меня поклон. Да и помогут вам обустроиться. А теперь ступайте. Всё по этой дороге на юг вдоль горы Уральской. В сёлах не ночуйте, молока с яйцами купили на медяк и спешно уходите. Пока и в лесу спать не зазорно.
-Всё же, батюшка, возьмите хотя серебро, - предложил Елисей.
-Там панихиду по мне закажите и того хватит, - отмахнулся священник и проводил их за порог.
Теперь уже законные супруги Бегловы выполнили все наказы старого священника. Ночевали в лесу, днём старались проехать побольше вёрст, чтобы скорее добраться до места.
Михайло Артемьев был стар так же, как и его брат-священник. Путники даже ахнули вначале, увидев знакомое лицо. Взяв старинное рукописное Евангелие в кожаной оплётке, отставной казачий атаман вздохнул:
-Вот и упокоился Никодим, в иерействе Иоан. Уговор был у нас. Кто первым смертную немочь почует, тот заветную книжицу пришлёт. Мой-то Апостол так и останется таперь со мною. А вы надолго к нам, гости дорогие?
-Нам бы осесть тут, - попросил Елисей и протянул подорожную.
-Хм. Раз брат мой внуками вас назвал, помогу по-родственному. Платить есть чем? Тогда дом к первозимку поставим всем гуртом. А сыну скажу, чтоб в реестр вас записал, как приписных к казачьему войску. Служите ужо государю справно.
9
По первому снегу идти было радостно. Ступать Агафья старалась плавно, чтоб не расплескать колодезной водицы из вёдер.
Счастливо обернулась судьба, хоть и не привелось стать дворянкой. Да и зачем ей это? Дом тёплый, огород большой, скотина ухоженная – хватает на всю семью, даже излишек остаётся. Муж работящий да ласковый, двое мальчишек подрастают, вон с Тоськиным сыном наперегонки поленницу складывают у забора.
Да и птицы они вольные, казаки удалые! Это не политесы под надзором разводить. Дыши полной грудью, радуйся душой!
Конец