Она не далась. Отпрянула.
Боится, бедолага...
- Вы все время боитесь, мисс. Вы живете в своих страхах. Нет здесь Ивана Александровича, слышите? Ваш страх заставляет вас видеть то, чего нет. Вы просто не бойтесь себя. Самое главное - не бойтесь себя. Ну подумайте сами: как бы Ивану Александровичу здесь оказаться? Да и убивает он всегда в одном стиле, без срывания кожи, вырезания внутренностей и... нож? А вы уверены, что ранения сделаны ножом? Может, это рога? Рога у некоторых животных бывают очень остры.
Инга опять с шумом втянула воздух.
Зажмурилась и сипло ответила:
- Может, рога. Я не слишком вглядывалась. Сначала так и подумала, что все это сделали хищники... Вот только про вырезанные внутренности я ничего тебе не говорила.
Ион поперхнулся.
Нахмурился. Поджал губы.
Склонил голову набок.
- Разве?
- Ага, - она улыбалась. Истерично улыбалась сквозь слезы и пятилась назад. - Пробелы в памяти?
- Никаких, мисс. Это было просто предположение, не более. Если бы хищник напал на человека, он бы, конечно же, полакомился б и сердцем, и легкими.
Инга сглотнула. Быстро посмотрела в сторону выхода из пещеры, и Ион на всякий случай встал на пути.
Она что, его подозревает? Зачем тогда вернулась?
Ион почувствовал теплоту внутри.
Любит. Потому и вернулась. Верила ведь, что он не виноват, что это вновь руки Ивана Александровича.
Какой же он дурак...
- Ион, а я... - Инга вжалась в стену. Изо всех сил старалась говорить спокойно. Изо всех сил сдерживала слезы. Изо всех сил выдавливала улыбку. - А я ведь почти тебе поверила.
- Выходит, я умею хорошо лгать.
- Выходит, - она улыбнулась еще сильнее. Из глаз брызнули слезы. Она утерла их кулаком и зачем-то нервно обежала тело Иона спешным взглядом. - И сколько раз ты эту способность проявлял?
Ион прищурился.
Хотел подойти и обнять ее в утешение, но боялся. Элементарно боялся. Неустанно учил других, но не следовал девизу сам. Инга находилась в напряжении, словно ощетинившаяся дикая кошка, готовая в любую секунду вцепиться в глотку. Таких кошек обычно не гладят.
И не обнимают.
- Послушайте, мисс, - сладко зажурчал Ион. - Да, я обманул вас. И мне за это стыдно. На самом деле, я уже видел это тело. Просто не хотел говорить вам. Не хотел расстраивать вас. Не хотел, чтобы и здесь вы переживали насчет Ивана Александровича и всех его жертв.
- Да ты что вообще мне тут городишь?! На острове, кроме нас, нет никого!
- Но, мисс! Я уже говорил вам о зверях!
- Какие звери?! Его тело ножом измолотили!
- Все логично. Если здесь был один человек, выходит, имелись и другие. Не один же он прибыл сюда, а экспедиция. Верно?
- Ты чего меня здесь запутать пытаешься?! Чего изворачиваешься?! Чего хитришь, я тебя спрашиваю?! То звери, то не звери... Если ты мне сейчас же не скажешь правду, я тебя возненавижу!
Ион молчал.
Неторопливо потер свои щеки.
Инга смотрела то на выход из пещеры, то на Иона. Сердце ее трепыхалось как у кролика, и это заметно даже через камуфляжную куртку. Она вся вспотела, она мелко дрожала, она яростно сжимала ткань штанов, она... нервничала? Неужели запах облепихи и треск костра ее не успокаивали?
- Правду? - горько усмехнулся Ион. - Вы так верите в правду? Уверены, что вам от нее станет намного легче? Боитесь неизвестности? Так подумайте прямо сейчас и решите, что все-таки лучше: неизвестность или правда? А, может быть, ложь?
Он отвернулся от Инги.
Не хотел видеть ее подрагивающих коленей. Слышать, как в припадке она задыхается. Она вжималась в стену так... унизительно, что даже Иону за нее было чуточку стыдно.
Но сейчас она никуда не сбежит, ведь он сказал заветное "Выбирайте".
- Ты ведь говорил, что не можешь мне лгать. Раньше ты всегда говорил мне правду! Все, что знал!
- Раньше, - Ион резко развернулся к Инге, - я был бесправным куском стали, который только и умел, что прислуживать! Раньше я говорил правду, потому что понятие "ложь" не было вбито в мою структуру поведения и не предусматривалось по сценарию разработчиками! Раньше я был не вправе причинить человеку зло даже в моральном плане, потому что свято блюл заповеди Азимова! Раньше я был роботом, который действует по четко заданным законам и даже не имеет мысли их нарушить! Раньше я был добрым, чутким и принимающим смерть только как нечто из ряда вон выходящее - только потому, что меня таким сделали! Но не вы ли каждый день говорили мне, что нужно меняться?! Не вы ли пытались вылепить из меня человека?! Это вам было нужно, не мне! Я видел в вас лишь человеческую особь ровно до тех пор, пока вам вдруг не взбрело в голову поэкспериментировать, какова на вкус любовь! Вы не боялись меня. Знали, что действую я строго согласно приказу! А что я?! А мне это, знаете, пришлось по душе! Мне понравилось считать себя достойным любви! Но я боялся, что если буду продолжать быть роботом, то вскоре вам наскучу. И я понял: надо меняться! Надо стать достойным вас! Надо быть человеком! Да, человеком, а не бесхребетным пластилиновым роботом! Я научился лгать, научился льстить, грубить научился! В точности, как и любой нормальный человек! Вы добились, чего желали?