— Фу!
— Сам в шоке, — согласился Шурик.
— Хватит нагнетать раньше времени! Может просто ее на другого поменяют.
— Насколько я понял, это как раз сомнительно. Желающих нет. Но допустим. Однако, нам это тоже радости не принесет. Подумайте, как нам тут вольготно. Мы, по сути, живем, как на курорте. Птицелов не просто так выговор отхватила. Ресторанная еда, купальни, массажисты, косметологи, шмотки, бесконечные вечеринки… Все это закончится, мужики! Либо придет цербер с хлыстом (потому как на должность будут искать демона), либо… Ну, вы сами поняли. Дьяволу мы точно не нужны. А кормить нас задаром никто не будет. И если даже по одному не распродадут, то заставят отрабатывать не выходя с рабочего места. И вот отчегото я сильно сомневаюсь, что мы просто будем с утра до ночи клепать отвратительные четверостишия для открыток по случаю Дня Рыбака.
— Так… так что тогда делать? — подумав, уточнили с задних рядов.
— Всеми силами удерживать на должности нашу дорогую Маргариту Сергеевну, конечно. Подумайте сами: ну где мы еще такую найдем? С ней тут очень даже не плохо. А уж какие перспективы открываются!
— Какие же?
— Ну сами посудите: подразделение остается, так как начальник доказал свою профпригодность. Собственно, значит и расходы подтверждены. Но при этом Дьяволу о нас легче забыть, чем помнить. Это же будет не Ад, а самый настоящий Рай! Все, что было, но без еженощных визитов Его Темнейшества!
В кабинете снова звонко упала тишина.
А потом мужское море как-то одновременно задвигалось, забегало и заголосило на все лады:
— Так, кого будем призывать к оплате? Мне нужно понять героя. Чем он дышит? Чем живет? Я не могу так работать. Мне нужны исходные данные!
— Марго он видел. Значит сбежит, я правильно понимаю? Мало грима. Человек- это не только парик-очки-кофта. Это манера держаться! Это походка! Это мимика…
— Что у нас с риторикой, уважаемая Птицелов? А с дикцией? Давайте-ка, пока, попробуем изменить тембр голоса. Повторяйте за мной…
— Сценарий! Сперва надо утвердить сценарий!
— Вы умеете садиться на шпагат? А если поднажму?
И мне на миг показалось, что где-то между отчаянием и смирением, какой-то контракт с Дьяволом я, все-таки, нечаянно подписала.
Глава 7
— «Найн»! «Ист бин" найн-куда не есть годится! — орала я, звонко отщелкивая хлыстом по высокому глянцевому ботфорту- И еще раз! И «айн», и «цвай»…
— Я больше не могу, — рыдал покрытый обильным потом певец, падая плашмя на паркет- Зачем это все?! Пусть отрабатывает подтанцовка!
— «Хайте денен мунт»! Рот есть закрыть! — рявкнула я, и попала хлыстом как раз по не прикрытому сапогами бедру- «Шайсе»! Ты есть хотеть мировая слава? Я есть давать «Рум»! Твой новый продюсер…
— Кстати, она чем-то на Вас похожа, — подозрительно прищурился объект моих издевательств.
— «Найн»- чем не похож! Он есть красная.
— Рыжая, — поправил меня певец- В мелкую кудряшку. И да, она ниже, вроде. И фигура другая… Но вот что-то неуловимое есть.
— Мы все, кто есть делать слава и деньги есть походить! — прорычала я- «Хайт денен мунт!» Молчать! Встать! Еще раз. И плие… и… «айн» и «цвай» и нога есть палка. «Драй унд фире», жопка втянуть! И прыжок и упасть. И встать и снова.
— А-ааа! — взвыл несчастный- Восьмой час! Я все. Я выдохся. Давайте просто еще один кордебалет наймем?
— Мир есть хотеть мужчина, который двигаться! — и я неприлично качнула бедрами- Который сам. Йа-йа, даст ист фантастиш! Который и прыг и сюда.
— Я не могу "прыг и сюда", — зашмыгал носом парень- У меня растяжки нет.
— Да?! — загорелась я- Это есть замечательно! Мы сейчас будет это исправлять! Клаус! «Их браухэ дринен хейфе!» Мне есть срочно нужен помощь! Лови его.
— А-ааа! — заорал талант и откуда-то достав остатки сил прямо на коленях рванул к выходу из зала.
— Куда! — попыталась округлить я глаза, донельзя растянутые к вискам, путем затягивания слишком тугого высокого хвоста из волос на моей макушке- Я есть быть жаловаться!
— Я сам есть быть жаловаться! — огрызнулся певец- Где эта новая продюсер?!
— Клаус! — немного испуганно взвизгнула я.
Огромный качек-амбал, тупо нанятый для происходящего в ближайшем охранном ЧОПе, и гениально молчащий в абсолютно любой ситуации, моментально проявил редкостное понимание. Он упал плашмя на стремящееся к дверям тело, эффективно производя болевой захват, заламывая певческую руку.