— Ну, не без того, — хмыкнула я- Местами.
— Да нет, — разочарованно мотнул головой Скамейкин- Ты не жертва. Ты- просто дура. Очередная. Продавшая самое драгоценное, что может быть у человека за… за что, кстати? Любовь и ненависть он предложить не может. Что еще бабам надо? Слава? Хотя, я — то тебя не знаю. Значит вряд-ли. Вечная молодость? Хм… Конечно, смотря от чего стартовать. Но по-любому мог бы и помладше. Да и подшлифовать в качестве бонуса. Горы бабла?
— А ты хам, — медленно покачала головой я.
— А ты продалась Дьяволу, — пожал плечами Егор- У каждого свои недостатки.
— Недостатки, значит… Смотрю, желание обрасти этими самыми недостатками тебя прямо переполняет. Мало тебе было себя изуродовать татуировками и стрижкой. Ты еще и над характером работаешь.
— У всего есть своя цель.
— Ну так поделись уже своей. Мне кажется, самое время. Итак, тебе прямо позарез нужен Дьявол. Зачем?
— Я думаю, что наши с ним цели совпадают. Ему нужна моя душа. А мне… мне очень нужно ему ее продать. И, если я правильно понял, именно с договором купли-продажи ты за мной и бегала все это время. Вот, считай тебе повезло. Я готов к сделке. Где и чем мне подписаться?
— Пером из своей жопы на собственном лбу, горный орел, — огрызнулась я- Не много ли хочешь?
— А? — пафосный героизм медленно стек с озадаченного мужского лица, открывая под собой растерянное выражение обиженного непонимания- В каком смысле?
— В прямом, — сухо отрезала я- Ад, знаете ли, не помойка, чтобы туда кого ни попадя брать. Договор, знаешь ли, не с каждым встречным заключают. Его еще заслужить надо.
— Что за чушь? — возмутился Скриптопринт- Всем известно, что после смерти чистые души попадают в рай. А все остальные…
— Не «все остальные», — передразнила его я, — А черные. А вот «все» и «остальные» идут в чистилище и на перерождение. Заслуживать.
— Что?
— Да что получится. Кто Рай, кто Ад. Тут от человека зависит. А ты недозаслужил.
— Но я… Ты же сама за мной бегала!
— Может я просто автограф взять хотела? — обиделась я- Что, если я работаю с утра до ночи, то у меня и увлечений никаких других быть не может? Может… может мне творчество твое нравится, прости Изначальная суть. А ты сразу «контракт», «контракт»…
— Подожди, — мотнув челкой, поморщился Егор- Ты же кем только не представлялась! И все время мне что-то подписать подсовывала!
— Ну? Подпись же и есть автограф!
— А просто попросить?
— А я стеснительная!
Мы замолчали, сверля друг друга неприязненными взглядами.
Наконец, певец поджал губы и медленно покачал головой:
— Ты мне врешь, — тихо произнес он.
— Беру пример с тебя, — точно так же ответила я- Ложь, Егор, обоюдоострое оружие. Либо мне играем в открытую, либо…
— Ты- слуга тьмы. Раба Дьявола. Собственность Сатаны. Ты…
— Нет, — твердо оборвала его я- Все три раза нет.
— Ну, конечно… Ты же человек. По другому ты бы не могла…
— Увы, — развела руками я- Поверь, там сами все в шоке. И это ежечасно терзает моего работодателя, похлеще зубной боли от неправильного питания грешниками. Произошел некий казус. Маленькая недоработка отдела кадров и юридической службы, можно сказать. И теперь мы имеем то, что постоянно ментально имеет моего шефа: я, конечно, работаю в Преисподней и все такое. Но вот моя душа собственностью Нижнего мира не является.
— Но ты же все равно должна будешь подписать контракт.
— Как видишь, вовсе не обязательно, — улыбнулась я.
— Ты по доброй воле работаешь на Сатану! Творишь зло!
— Понятно, что давление на меня оказать пытаются. Но я пока не потеряла надежду найти выход из положения. Увы, мой случай сложный. Я не могу просто перестать выполнять возложенные на меня должностные обязанности. Потому что потеряв место, буду вынуждена как-то проходить регистрацию по месту пребывания, чтобы не стать незаконным резидентом и не попасть на аукционы Темных. К сожалению, вернуться мне просто некуда. На Земле я, судя по всему, умерла. На Рай не заработала. В чистилище не хочется. Да и никто меня туда не отправит. Пустят по чертям и дело с концом. Так что я просто работаю и ищу выход. А вот зачем тебе продавать свою душу?
— Подожди, — недоверие на лице Скамейкина странно перемешивалось с робкой, едва различимой надеждой- То есть… ты не продавала душу? И хочешь покинуть Ад?
— Кажется, именно это я и сказала, — аккуратно согласилась я.
— Тогда… Тогда я могу помочь тебе, — резко вскинув взгляд исподлобья и словно на что-то решаясь, выдохнул он.