Отец замолчал. Молчала и Катрин. Через несколько минут отец заговорил снова:
— У Ноэль хватило хладнокровия выразить той женщине сочувствие, а, положив трубку, она продолжала сидеть, не шевелясь и не поднимая взгляда. Я пытался заговорить с ней, но она не реагировала. Она молчала тогда больше двух часов. Я уже собирался вызывать врачей, когда она встала и четко произнесла: «Я убила Катрин. И никогда не смогу простить себе этого». Она не плакала, не кричала, она была чудовищно спокойна. Я тоже ничего не говорил, что можно было тогда сказать, в конце концов, она была права.
Я отпустил ее, когда она захотела отправиться к себе домой. Она была спокойной, равнодушной ко всему. Через день Ноэль позвонила мне и сказала: «Что случилось, то случилось, прошлого не вернешь, и мне придется жить с этим, и тебе придется жить с этим. Возможно, будет лучше, если мы будем вместе». Что я могу сказать? Я любил и понимал ее даже тогда. — Отец замолчал, поднялся с кресла и подошел к окну. Катрин молчала. — Теперь ты знаешь все…
В комнате повисла тишина. Казалось, давняя семейная тайна легла чем-то материальным между отцом и дочерью. Некоторое время Катрин ощущала только тяжелую гнетущую пустоту, потом начала медленно приходить в себя.
— А Себастьян? — вдруг спросила она.
— Что Себастьян?
— Он узнал всю эту историю?
— Думаю, что нет, — равнодушно отозвался отец. — Через несколько месяцев после всей этой истории Ноэль принялась за «Птицелова», она писала днем и ночью, как одержимая. Думаю, для нее это было своего рода очищение, попытка избавиться от воспоминаний и, возможно, единственный доступный ей способ искупить вину перед Катрин. Когда роман вышел, они даже виделись с Себастьяном на каком-то приеме, посвященном книге. Скорее всего, он решил, что Ноэль написала о себе, просто утрировала концовку. Официально смерть Катрин не была признана самоубийством, и он, как и все, кроме меня и Ноэль, считал, что это был несчастный случай. Почему ты спросила про него? — Отец будто очнулся от какого-то забытья и посмотрел на Катрин.
— Не знаю, — солгала она. — Спасибо, что ты все рассказал мне. Представляю, как тебе было тяжело все эти годы. — Катрин обняла отца и поцеловала в щеку.
— Сейчас мне стало намного легче, дочка. — Отец с благодарностью посмотрел на Катрин. — Я хочу, чтобы ты знала, мама очень любила тебя, но она так и не смогла полностью оправиться после гибели подруги, в которой винила себя всю оставшуюся жизнь. Даже когда она заболела, то сказала мне, что принимает болезнь как заслуженное наказание, что теперь она наконец сможет надеяться на прощение. Она ждала смерти с легким сердцем. Не держи на нее обиды теперь, когда ты знаешь, через что она прошла.
— Я понимаю, — вдохнула Катрин, — я тоже очень люблю ее, а сейчас, когда ты все рассказал мне, я смогу хранить о ней только добрую память.
— Она сполна расплатилась за все, — кивнул отец, — и я рад, что ты поняла это. Я всегда очень любил твою мать, но только ты была мне дороже всего на свете. Я видел, как ты порой негодовала и обижалась на нее. Теперь я смог примирить вас, и это для меня многое значит. А сейчас иди, дочка, я хочу побыть один. И я прошу тебя, уничтожь те письма. Пусть больше никто ничего не узнает.
Катрин согласно кивнула.
Глава 17
Когда Катрин вышла от отца, было уже утро, она медленно шла по просыпающемуся городу, размышляя о том, что узнала. С удивлением она поняла, что чувствует невероятное облегчение. Только что открывшаяся ей правда расставила все по своим местам. Теперь она понимала, каких невероятных усилий стоила Ноэль жизнь после гибели подруги, и могла простить мать за ее холодность и отстраненность. Конечно, то, что сделала Ноэль, было ужасным, но она и расплатилась за это всей своей последующей жизнью. И еще… Катрин мысленно благодарила Ноэль за свою встречу с Себастьяном…
Катрин прекрасно понимала, что Себастьян тоже некоторым образом причастен к гибели своей любимой, потому как именно его легкомыслие дало толчок поступкам Ноэль. Но она могла принять его таким, каков он был тогда и каковым, по-видимому, оставался и сейчас, так же, как смогла простить и понять Ноэль. Однако Катрин с горечью осознавала и то, что фантастические повороты судьбы, которые свели ее с Себастьяном и подарили ей невероятное счастье, в то же время отняли всякую надежду на его продолжение. Теперь, когда Катрин несла груз тайны своей матери, она уже не могла бы спокойно встретиться с любимым, даже несмотря на то, что Себастьян ничего не знал о том, что непомерное самолюбие Ноэль погубило его любовь.