Прошло ровно четыре месяца с тех пор, как они расстались. Отведенный ей срок вышел, и Тома не собирался ждать больше ни дня. У Катрин вдруг возникло такое чувство, словно что-то липкое, обволакивающее, то, что она давно с себя смыла, снова липнет к ее коже. Она даже непроизвольно провела ладонью по рукаву свитера, будто снимая паутину.
Глава 19
По дороге к дому Тома Катрин рассказала Франсуа историю своих отношений с ним, не упомянув при этом ни про семейную тайну, ни про Себастьяна. Она сказала, что порвала с женихом из-за скуки и вечного ожидания, заменившего им настоящую жизнь. Реакция Франсуа была, как всегда, непосредственной и яркой:
— И после этого он зовет тебя снимать свадьбу? Вот негодяй! Да я бы на твоем месте таких кадров им наделал, на всю жизнь запомнили бы!
Катрин рассмеялась, представляя, что можно было бы нафотографировать.
— Это было бы классно. Совершенно внепланово! — сквозь смех проговорила она. — Но, — она посерьезнела, — не смей! Подведем мсье Леруа.
— Да ладно. Я так, для тебя кое-что поснимаю между делом, чтобы ты не грустила.
Катрин вдруг поймала себя на мысли, что ей приятны внимание и забота Франсуа. А что, собственно, мешает ей ответить на его чувства? Он хороший друг, у них общие интересы, им хорошо вдвоем. Он небогат, зато очень хороший фотограф, и если бы был чуть более честолюбив, то мог бы хорошо зарабатывать. К тому же деньги есть у нее. Они были бы неплохой парой. «Нет, — оборвала свои мысли Катрин, — я думаю, как Тома. Я ведь не люблю Франсуа и вряд ли когда-то полюблю. Но почему?» Словно в ответ в сознании всплыло: Себастьян. Причина только в нем. Она не может его забыть.
Съемка свадебных торжеств всегда проходит в суете: то потеряется кто-нибудь из многочисленных родственников, то что-то случается с платьем невесты, то друзья жениха начинают праздновать слишком рано и потом их лица отнюдь не украшают фотографий. Родители Тома были сначала очень смущены, увидев Катрин, но потом круговерть торжества уже не оставила времени для разговоров, и напряжение ушло само собой. Перед самой церемонией, когда Катрин устанавливала дополнительный штатив у выхода из небольшой церкви, где должно было проходить венчание, к ней подошел Тома.
— Ты так ни разу за все это время мне и не позвонила, — небрежно бросил он.
— Прости, пожалуйста, — искренне отозвалась Катрин. — Но у меня новая работа, я…
— Тебя устраивает твоя жизнь? — не дослушав, спросил Тома, и Катрин уловила в его голосе какие-то новые, заискивающие нотки. Катрин стало ужасно жаль его. Она мысленно от души пожелала счастья молодоженам.
— Тома, прости меня, что все так получилось. Я должна была уйти от тебя раньше, но я трусила. — Она вздохнула. — Моя нынешняя жизнь вполне меня устраивает.
— Ну что ж, рад за тебя. — Голос Тома снова стал немного надменным. — А ты собираешься замуж? — Вопрос был задан тоном ребенка, который спрашивает своего сверстника, купят ли ему родители такой же отличный велосипед.
— Пока это не входит в мои планы, — вернула Катрин Тома его излюбленную фразу.
Когда уже далеко за полночь Катрин и Франсуа возвращались в Париж, она сказала:
— У меня такое ощущение, что сегодня я подвела черту под прошлым, окончательно.
Франсуа вдруг остановил машину.
— Ты хочешь сказать, что теперь можешь подумать и о будущем? — Он улыбнулся, поворачиваясь к Катрин. Она задумчиво смотрела на дорогу, будто не замечая, что они остановились.
— Катрин, — тихо позвал Франсуа и положил руку ей на плечо. Катрин медленно повернулась к нему.
— Катрин, ты же видишь, я люблю тебя. Почему бы нам не быть вместе? — решительно произнес Франсуа. Катрин опустила взгляд, не в силах ответить. Через несколько мгновений она почувствовала, что по щекам ее текут слезы.
— Франсуа, я не могу, — тихо сказала Катрин.
— Есть кто-то еще? — спросил Тома.
— Есть, — кивнула Катрин. — Извини.
— Это ты прости меня, — отозвался Франсуа, заводя мотор. До Парижа они доехали молча. Высаживая Катрин у ее дома, Франсуа снова заговорил:
— Катрин, мы ведь останемся друзьями?
Катрин порывисто вернулась обратно в машину и крепко обняла Франсуа.
— Ты мой самый лучший друг, навсегда. — Она сжала его плечи.
— Ладно. — Франсуа отвернулся. — Пожалуй, сегодня я напьюсь в одиночестве. До завтра.
— Пока, — ответила Катрин, выбираясь из машины.
Их отношения не изменились, за что Катрин была очень благодарна своему другу. Жизнь в студии шла своим чередом, разве что мсье Леруа стал проявлять очень активный интерес к самостоятельной работе Катрин. Теперь частенько, задерживаясь вечером, он вместе с ней и с Франсуа разбирал фотографии, сделанные Катрин, помогал отобрать наиболее удачные, подсказывал, как лучше подать тот или иной кадр. Спустя несколько недель он сказал: