В общем, с котом ему пришлось повозиться. Присутствие кого-то постороннего немало настораживало. Вдобавок Монументалист был не уверен в здоровье кота, и всю ночь прислушивался, стараясь различить его дыхание. К середине ночи, так и не сомкнув глаз, Монументалист пообещал завтра же отдать Чертохвостого Ловцу, после чего сразу уснул.
Вторник
Утром, к несчастью, кот выглядел не особенно бодрее. Монументалист предложил Чертохвостому молока, от которого чёрный отказался. В итоге пришлось оставить лохматого дома.
– Я не могу вам выдать пропуск. – Холодно отозвалась девушка в очках на проходной. Сегодня в её дыхании чувствовался банановый запах. Челюсти всё также ходили ходуном, разжёвывая жвачку.
– Я к Ловцу. Он уже должен быть тут. – Монументалист старался заглянуть поглубже в коридор, чтобы высмотреть друга.
– Его ещё нет. – Равнодушно отозвалась девица.
Монументалист сверился с часами. Куда мог подеваться этот Ловец? Он никогда не опаздывал так надолго. Если не придёт прямо сейчас, у Монументалиста могли начаться серьезные проблемы с графиком. Сейчас уж точно нельзя допускать никаких замешек, ведь близился праздник, а значит, работы стало ещё больше!
– Вы уверены? Может, проверите ещё раз? Можно его как-то вызвать? – спросил Монументалист с мольбой в голосе. – Или вы всё-таки найдёте моё имя в списке? Меня зовут Монументалист.
Девушка отвела от него взгляд и принялась перебирать бумаги с увлеченным видом. Спустя минут пять Монументалист всё же осмелился поинтересоваться у неё вновь:
– Так, что, можно?
Девушка рассеяно посмотрела на него. Он мог бы поклясться, что на секунду в её глазах полыхнуло искреннее удивление.
– Вы всё ещё здесь? – спросила она неизменным скучным голосом.
– Я думал, вы искали моё имя.
Она оставила это замечание без внимания, уделяя больше интереса банановой жвачке, нежели ему. Больше она не смотрела на Монументалиста, продолжая, кажется, бездумно перебирать бумаги из одной стопки в другую.
Терпению Монументалиста уже давно подошёл конец, и он близился к той стадии, когда люди начинают рвать на себе волосы. К счастью, прежде чем это произошло, конце коридора появился знакомый силуэт.
– Ловец! – тотчас же крикнул Монументалист, подпрыгнув на месте и замахав обеими руками.
Девушка лениво отвела глаза от бумаг, кинула свой пристальный близорукий взор вдаль по коридору, после чего окончательно потеряла всякий интерес к этой истории.
– Памятнищик! – к ужасу Монументалиста в голосе Ловца слышалось отчаяние. – Беда приключилась! Я нигде не смог отыскать Чертохвостого прохвоста!
– Да, я знаю, – поспешил успокоить его наш герой, – вчера он выглядел совсем неважно, и мне пришлось забрать его к себе.
Тут эмоция ужаса сменилась удивлением на лице Ловца.
– К себе? В смысле… в дом?
– Ну да… – помялся Монументалист с сомнением.
– Ну ты отважный малый!
Прежде чем Монументалист успел как-то отреагировать на это высказывание, хотя бы встречным и резонным вопросом, в чём заключалась его отвага, Ловец тотчас снова предался истерике.
– О, Памятнищик! – тут, Ловец навалился на него и повис на шее всем своим весом. – Памятнищик! Что же делается? Куда мы без Чертохвостого? Бродячих животных и так совсем не осталось, так ещё и этот злодей покидает нас!
– А может обойдётся ещё, Ловец? – спросил Монументалист, надеясь, что его позвоночник вынесет такую нагрузку.
– Да где там! Чертохвостый хворает, так и Одноглазка сегодня сама не своя! – Тут Ловец слез с него, зато принялся трясти за плечи. – Одноглазка, Памятнищик! Её одну боялись все шестеро котов, она – моё самое грозное чудовище, сегодня впервые не оказала сопротивления и дала себя поймать. Мало того! Маааало тогооо! – повторил он, ещё сильнее раскачав Монументалиста за плечи. – Я думал её раззадорить, стал играться с ней, думал – цапнет, чтоб знал, где моё место, так она дала себя погладить! Можешь представить, Памятнищик! – тут Ловец выпустил его, кажется, затем, чтобы опять повиснуть на шее, но Монументалист успел увернуться в последнюю секунду.