— Я знаю, что хороший, — девочка улыбнулась, как ни в чем не бывало. — Я тебе по секрету скажу, — девочка заговорила почти шепотом. — На маньяка он не похож. Он похож на грустную дворняжку.
— Только ему это не говори, — Ласточка засмеялась. — Ты хочешь остаться с нами? Тут тебя никто пальцем не тронет.
— Хочу. Ты вкусную кашу варишь.
Уже смеркалось, когда Сокол возвращался в здание. От него пахло дешевыми сигаретами и осенней прохладой. По правде говоря, он рассчитывал, что когда вернется, воровки уже не будет в здании. Ласточка прогонит девочку, и та отправиться все также бросаться под машины. Но, поднявшись на второй этаж, он увидел, как Ласточка и девочка лежат вдвоем на спальном мешке. Девочка лежала на плече у Ласточки и слушала сказку, которую ей читали. «Алиса в стране чудес» — все та же любимая книжка Ласточки, которую она забрала из дома Филина. Девочка внимательно слушала и уже начинала засыпать, но когда увидела Сокола, то широко улыбнулась.
— Садись к нам сказку слушать! — ее глаза светились от радости. — Тут самое интересное началось.
— Иду, — Сокол широко улыбнулся Ласточке.
— Я теперь тоже бомж! И живу с вами! — девочка подскочила со своего места и запрыгала по всему второму этажу.
— Это же здорово! — Сокол опустился перед ней на корточки. — Только пообещай, что больше не будешь воровать.
— Обещаю, — она протянула ему мизинец. — Но тогда я тоже буду птичкой.
— Договорились, — Сокол обхватил ее палец своим. — Отныне ты Сорока, — он слегка щелкнул ее по кончику носа и девочка довольно улыбнулась.
Глава 21. Гнездо
«…Дождь, дождь идет, достанем зонтик, —
на много, много, много лет
вот этот дождик
тебе, мой свет.
Дождь орошает, но и губит,
открой усталый алый рот.
И смерть наступит.
И жизнь пройдет…»
Я подарил тебе на счастье. Борис Рыжий.
Липкое ощущение. Такое непривычное, забытое и такое далекое, словно дежавю. Всего два месяца тишины и спокойствия, а эта слепая тревога и предстоящий ужас уже стоят поперек горла. Еще два месяца назад оно казалось таким обыденным, словно ежедневный ритуал, чтобы выжить, а сейчас ощущается так, словно разжевал горькую таблетку, которую принято глотать не задумываясь. За окном вечерело, а Птицы, собравшись вокруг журнального столика, еще раз проговаривали все детали предстоящей поездки. Щеглу казалось, будто он выучил все это наизусть, что если его разбудить ночью, то он безоговорочно повторит каждое слово Сокола. С каждым днем, приближающим это злосчастное событие, Сокол становился все беспокойнее и тише. Если еще в начале лета от него веяло решительностью и уверенностью, то сегодня он был готов к этой встрече физически, но не морально. Все чаще можно было заметить, как он зависает, глядя в одну точку, дрожащими пальцами поджигая сигарету. Но, сделав шаг навстречу пропасти, уже поздно отступать, ведь она манила своим мраком столько лет. Пленяющее чувство пугало, но и тянуло с такой силой, что невозможно было этому противиться. Оно рваной раной существовало внутри Сокола и питалось всем светлым и добрым, что есть в его жизни. Оно поглощало свет и извергало из себя лишь темноту.
— Ласточка за рулем, — нацепив на себя кобуру, Сокол кинул через всю комнату ключи Ласточке. — Сорока, Щегол и Сизый в пассажирский отсек.
Чиж оттащил Сизого за рукав в сторону и грозно взглянул на остальных Птиц, что собирались на задание. Он поморщил нос, а после потер переносицу, опустив голову. Несмотря на то, что сам он остается в Гнезде, сложно было назвать его спокойным. Чиж нервничал сильнее обычного, и ему кое-как удавалось скрыть эту тревогу.
— Почему всегда ты участвуешь во всем этом? Неужели Щегол с Сорокой бы не справились сами? А то ты им как безотказный вариант, — Чиж фыркнул и сложил руки на груди.
— С чего вдруг такая забота? — Сизый рассмеялся. — Я отрабатываю… — он осекся.
— Да я знаю, что ты за нас двоих пашешь, потому что я как петух в загоне, — отмахнулся Чиж.
— Ну, кудахчешь ты скорее как курица, — Сизый улыбнулся. — Все будет в порядке. Не первый раз же.
— Да иди ты, — он усмехнулся. — Короче, давай возвращайся скорее и пойдем играть в «Санитары подземелий». А то так никогда до конца не пройдем.
— Пройдем, — Сизый похлопал его по плечу. — Потом еще дисков купим.
— И реально. Будь осторожнее. Это не какие-то там алкаши с наркоманами, — Чиж ободряюще сжал плечо Сизого.