Птичий остров
Илья Бровтман
© Илья Бровтман, 2020
ISBN 978-5-4498-9173-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Птичий остров
В океанском, бескрайнем просторе,
Там где небо целуется с морем,
Где скала прикрывает восток.
Там стоит, из воды выступая,
И заливом волну обнимая,
Небольшой голубой островок.
Рыбаки его птичьим назвали.
Гомон птичий стоит без устали.
Пух и перья там ветер несёт.
Крики птичьи с утра и до ночи,
Будто вороны радость пророчат,
Человек этот крик не снесёт.
А для птиц — это радость общенья,
Это — жизнь, это их ощущенье.
Очень трудно в полете молчать.
Кто свободнее в мире, чем птицы?
Где хотят там и могут гнездиться.
В этих криках — свободы печать.
А в гнезде на утесе царь-птица,
Со своею любимой орлицей,
Гордым взглядом взирает на всех.
Зорко смотрит орел за порядком.
Птичья жизнь хоть вольна, но не сладка,
Видит всё и страданья и смех.
И как только опасность Вам светит,
Моментально орёл все заметит,
И на выручку сразу пришлёт.
Появилась недобрая птица,
Быстро сокол и беркут кружится,
Тут и кобра скорей удерёт.
Но порядок не просто даётся,
Зло с добром непременно дерётся,
Сатана есть везде, где есть Бог.
Рады вкусным яйцом поживиться,
И не брезгают взрослою птицей,
Черных змей оголтелый клубок.
Только с гордою, сильною птицей,
В небе синем змее не сразится,
И не просто им глянуть в лицо.
Змей на подлости всякие падкий,
И тогда он прокрался украдкой,
И украл у фламинго яйцо.
Поутру пеликан, что есть мочи,
Голосил, будто беркут средь ночи,
То яйцо в дар отправил орлам.
И, как беркуты не отпирались,
Как они убедить не старались,
Поднялся возмущения гам.
Тут и грифы на падаль слетелись,
С ними быстро стервятники спелись.
Стали птицы рассудок терять.
Даже аисты стали сердиться,
И тогда озверевшие птицы,
Стали беркутов бить и клевать.
Стаи коршунов в небе летали,
На беспомощных птиц налетали,
Перебили орлов и орлят.
Кровь рекою лилась по утёсам,
И по склонам, и по откосам,
Там кровавые реки бурлят.
Гриф погиб и фламинго убиты.
Тех, кто сладкою кровью политы,
Не способен никто усмирить.
Как легко может счастье разбиться,
И поняли безумные птицы,
Никогда уже миру не быть.
Птицы в этой борьбе ослабели,
И из щелей полезли вдруг змеи,
Стали яйца и птиц поедать.
Наползли они темпом ударным,
И никто этим змеям коварным,
Не способен отпор оказать.
Нету места здесь душам невинным,
«Гадским» островом, или «Змеиным»,
Стали впредь рыбаки называть.
Улетели пернатые сами,
Стаи птиц перелетных с годами,
Перестали его посещать.
А когда птицы все убежали,
Сами змеи от глада страдали,
Стали сотнями умирать.
Рыбаки этот остров забыли,
И пришлось тем, кто мимо ходили,
Этот остров «Скалистым» назвать.