- Элис, ты не хочешь ничего сказать? – выводит меня из оцепенения отец. Он просто так этого не спустит с рук.
- Простите, я слегка задумалась, что непростительно с моей стороны. – фальшиво улыбаюсь, как любит Айзек. – Наверняка я видела Вас по телевидению! Вы просто не можете не быть публичной личностью! – бросаю лживые фразочки, чтобы расположить его к себе, ведь того наверняка хочет отец.
Хотя всё внутри воет от досады. Я думала, что у меня будет хотя бы день, чтобы расслабиться. К тому же, Айзек сказал, что мы ещё не закончили с Генрихом. Ну, по крайней мере, этот выглядит более молодым и не таким отвратительным.
- Ну что Вы, мисс Хьюит. Я партрён Вашего отца – Оливер Одли. Мы однажды встречались в офисе. Хотя, с моей стороны глупо было думать, что Вы меня запомнили, ведь мы не были знакомы.
- Мне очень жаль. Уверена, я бы сразу запомнила Вас, мистер Одли, если бы нас представили.
- Прошу – просто Оливер.
- Тогда для Вас – просто Элис.
Ну кого бы не стошнило от этих неискренних фраз? Одно дело, когда ты просто вежлив, но другое – когда ты пытаешься кому-то угодить, а ещё понятия не имеешь, чего от тебя хотят.
Мистер Одли неприлично долго меня рассматривает, но Айзек делает вид, что он обычный отец – потому прерывает гляделки мужчины.
- Ну так – мы договорились?
- Мне нужно подумать, айзек. Я не готов принять такое решение. Компания однозначно прибыльная и условия неплохие.
- Так, что тебя останавливает?
- Я просто должен всё обдумать. Ладно? Дай мне хотя бы неделю.
- Договорились. Надеюсь, ты примешь правильное решение.
Мужчины встают, обмениваются рукопожатиями, и направляются к выходу. Отступаю в сторону, но когда мистер Одли проходит мимо – его рукав пиджака касается моей груди.
- До встречи, Элис. Надеюсь, вы придёте сегодня на нашу конференцию? После неё будет банкет и приглашено много людей.
Мельком бросаю взгляд на Айзека, который незаметно кивает.
- Думаю, да.
- Тогда – до скорого! – мужчина склоняется, чтобы поцеловать мне руку.
Улыбаюсь в ответ и ещё раз говорю, как мне приятно было с ним познакомиться. Наконец, Оливер уходит, а отец закрывает за ним дверь и возвращается в кабинет.
- Где Джэна?
- У себя.
Айзек подходит ко мне и отвешивает звонкую пощёчину. Щека моментально начинает гореть и на глаза наворачиваются слёзы боли, которые я быстро смаргиваю.
- Ты чуть не облажалась. Надо вытрехнуть из тебя лишнюю дурь, чтобы была более состредоточенной! – говорит он, продолжая смотреть прямо на меня.
Не люблю, когда его взгляд сконцентрирован конкретно на мне – значит зол и хочет отыграться. Правда не всегда я тому виной, но абсолютно всгеда беру удар на себя, чтобы уберечь сестру. Следом прилетает вторая пощёчина – уже не такая сильная, как первая.
- Вторая за то, что посмела оспаривать моё решение на счёт Генриха.
Затем он успокаивается и отходит от меня, занимает место за своим столом.
- Оливер Одли – не просто мой парнёр. С ним никакие дополнительные игры не прокатят. – озвучивает Айзек моё следующее задание, как ни в чём ни бывало.
Прислоняю руку к пульсирующей болью щеке и слушаю, боясь сказать хоть слово. Заставляет торговать лицом, а сам оставляет на нём следы – придурок!
- Я не хочу потерять его,к а кпартнёра, но мне нужно, чтобы он подписал один конкракт. Сегодня. Ты должна переубедить его подписать его сегодня! – повторяет. – Ясно выражаюсь?
- Ты хочешь, чтобы я соблазнила его за один вечер? это же невозможно! – он умом тронулся?
Я не обладаю никаким даром переубеждения. К тому же, всегда готовилась к знакомству, а не так, как в этот раз. Я вообще не знаю этого типа!
- Для тебя не должно быть ничего невозможного. Сделаю вид, что этого не слышал. Делай, что угодно, но, чтобы я получил свой результат вечером. Свободна.
Собираюсь выйти отсюда скорее, но Айзек меня останавливает.
- И ещё, птичка – макияж сделай поярче, чтобы замазать синяк. – Равнодушно бросает вслед и взмахом руки позволяет мне выйти.
Иду к себе в комнату, чтобы принять душ (к счастью у нас он теперь у каждого свой) и переодеться. К вечеру ещё есть время. Сегодня я лучше проведу его с Джэной, поскольку она успела вернуться со школы и наверняка сидит у себя, скучая.