- Мне начинать ревновать? – дразнюсь. На самом деле, думаю, что Юстин немного не в её вкусе. Хотя она бы ему понравилась наверняка, познакомься они ближе.
- Ревновать. – Элис произносит это слова, смакуя его на языке. Выглядит это до головокружения сексуально, хотя она ничего такого не сказала и не сделала.
Наверное я просто давно ни с кем не спал. Веду себя, как озабоченый. Ну, по крайней мере, мыслю. Или это всё вина матушки-природы. Едва только вспоминаю, какой она была мокрой, когда я к ней прикасался… хочу её. Чёрт возьми, как же сильно хочу.
- Не думаю, что ты должен ревновать меня к кому-либо.
- Почему? Снова скажешь, что мы не можем быть вместе?
- Я такого не говорила. Просто не хочу втягивать тебя в наши проблемы ещё больше.
- Не отталкивай меня! Не снова.
- Не буду.
Джэна была слишком поглощенна процессом и наслаждалась вкусом мороженого, пока я разговаривал с её сестрой. Кажется, она нас даже не слышала.
Элис поднимает свои пышные ресницы и смотрит прямо на меня.
- Каким-то образом ты стал мне слишком близким, Тайлер. не знаю – хорошо это или плохо, но не хочу всё испортить.
Не ожидал от неё такого признания, но чувство ликования моментально во мне проснулось не хотело отступать, даже несмотря на её неуверенность в том, что говорит. Чего-то она боялась, а судя по тому хаосу, который происходил в их жизни – Элис было нелегко и она взваливала на себя всю ответственность за себя и сестру. Я не могу на неё давить и чего-то требовать.
- Ты ничего не можешь испортить. Ты теперь не одна, понимаешь? Я сам хочу стать частью твоей жизни, пусть она не совсем идеальна.
Мои слова её растрогали и девушка сжала мои пальцы своими. Я охотно ответил на ласку в знак поддержки. Пусть она знает, что я хочу её всю, а дальше пусть идёт своим чередом.
Ещё надо решить, что делать с центром опекунства и с полицией. Поверить не могу, что две столь молодые девушки оказались в таком затруднительном положении – одну хотят забрать под чужую опеку и их отца разыскивают. Но, едва я услышал подробности от Элис, в мою голову уже закрались некие черновики плана. Сейчас я понял, что должен переступить через себя и сделать решительный шаг. Я должен поговорить с отцом. Ему под силу отогнать центр опеки от дома Хьюитов и замять такое простое дело. Им не будут докучать. Только тогда они снова вернутся домой, где возможно им будет угрожать опасность. Куда подевался их отец и вернётся ли? Надеюсь ему хватит ума уехать отсюда навсегда и позволить девочкам жить свободно. Только, кто о них позаботится?
Мне самому было дьявольски страшно думать об этом, но я должен. Завтра утром свяжусь с офисом отца и поговорю с ним. Пока что лучше не размышлять о том, что он попросит взамен. Надеюсь не скажет жениться, как изначально хотел. Это настолько мерзко, что я до конца не могу осознать, что являюсь сыном такого человека. И это не самое худшее, что я о нём знаю. Помимо интриг и прочего дерьма я много раз слышал его разговоры с помощником, один из которых оказался шокирующим. Я узнал, что мой отец поспособствовал исчезновению одного инвестора. Мне было лет шестнадцать, когда я это услышал, но слова так засели в голове, что я помнил разговор слишком отчётливо. Что имелось ввиду – не понятно. Исчез, значит – выгнали? Убили? Не хотелось бы впадать из крайности в крайность. Я сам до конца не знал своего отца, чтобы судить.
После нашей прогулки по парку, мы ещё вернулись домой, чтобы переодеться. Я не планировал конкретное время на выезда, но знал, что Юстин заедет за нами вечером. Всё время до его приезда я был взвинченным и даже большие глазки Элис не могли меня отвлечь. Я всё прокручивал в уме всевозможные варианты разговора и думал, как его повернуть именно туда, куда мне надо. Но я по сравнению с отцом сопляк, чтобы играть в игры в манипуляции – он в два счёта скрутит меня в бараний рог своими жёсткими доводами. По-любому заставить сделать то, чего я не хочу. Да на что я вообще готов ради этой девчонки? Готов ли жениться на другой? Нет. Но буду искать другие пути, чтобы ей помочь. Готов ли многое отдать ради её блага? Да. Однозначно.
Даже в машине Юстина, когда я пытаюсь убрать некую неловкость оттого, что они между собой не знакомы, бросая шутки или рассказывая о мотокроссе – мои слова звучат пластмасово и заучено. Мысленно нахожусь я точно не в тачке Юстина и не рядом с двумя дорогими для меня девчонками. Даже Джэна, которую я почти не знаю автоматически стала дорогой. Всё потому, что серые, большие глаза моей сирены в самый первый день околдовали меня настолько, что я в них утонул и не хочу выныривать. Чёрт возьми, она будет моей вся! Иначе просто быть не может!