- Ты куда? – удивлённо вскрикивает Паулина и тоже вскакивает с места.
Мой отец направляется в нашу сторону и на его лице играет улыбка. Глаза остаются холодными.
- Останься, Тайлер.
- Не за чем. Моя часть выполнена – я её сюда заманил.
- Она может быть сговорчивее рядом с тобой. Если мне не удастся её переубедить, то ты ни черта не выполнил свою часть уговора.
Сжимаю челюсти от злости. Хочется врезать собственному отцу по лицу, особенно, когда вижу эту его постоянную пустую улыбку.
- Я сказал – пойдём.
Слушаю его. Я должен убедиться в том, что Паулина перепишет часть фирмы на Вуди, иначе – снова останусь должен ему. А этого я хочу меньше всего.
- Что происходит, Тайлер? – наконец на лице девушки появляется настороженность и даже отголоски паники. Поняла, что её просто банально заманили в ловушку.
- Сядь! – отрезает мой отец и занимает место напротив Паулины за столом.
Она его слушается и садится, а я остаюсь стоять.
- Ты тоже!
- Переходи к делу.
Остаюсь упрямо стоять, скрестив руки на груди. Вуди никак это не комментирует, а переходит к делу.
- Видишь ли, Паулина, нам надо поговорить о твоей доле фирмы.
Взгляд девушки бегает от меня до Вуди.
- Что вам нужно от меня?
- Ни много, ни мало. Я устроил тебя к себе в корпорацию, а за это хочу твою часть.
- Да вы с ума сошли? Отец этого так не оставит! – чуть истерично кричит она.
- Ну тише. Я хочу договориться с тобой по-хорошему, понимаешь? Твой отец всё равно ничего не сделает. Ты же знаешь, кто перед тобой сидит, да?
Осознание того, что перед ней сидит мэр, приходит к ней мгновенно, хотя до этого Паулина, скорее всего, восприняла его просто, как моего отца. Но теперь поняла, что с ней говорит некто очень важный и даже опасный. Её взгляд стал более испуганным.
- Ну? Я жду ответа.
- Знаю.
- Отлично. Мне нужна твоя часть.
Стою молча и чувствую, что меня просто вырвет от этого всего. Страх, написанный на лице Паулины, угрожающий тон Вуди, ловушка, которую я устроил, чтобы привезти её сюда… она, конечно глуповата и корыстна, но всё равно мне её жаль. Никто не заслуживает такой участи. Никто не должен поддаваться шантажу и слушать угрозы.
- Но я останусь без ничего!
- О, нет, милая. Без ничего ты останешься, если не подпишешь бумаги.
Тон Вуди меняется. Его голос становится тише, почти ласковым. Но лёд в глазах выдаёт угрозу, а в добавок ко всему – он проводит тыльной стороной ладони по лицу Паулины, будто её успокаивая. Я дёргаюсь, когда вижу, как она застыла на месте от ужаса. Не только я почувствовал опасность в этот момент. Отец показался мне сумасшедшим, слетевшим с катушек, хотя я давно знаю, что это так. На работе он был примерным и уравновешенным, а когда добивался желаемого тёмными путями - становился таким. Неконтролируемым и диким.
- Ты понятия не имеешь, что тебя ждёт, если откажешь, правда? – всё также тихо говорит мужчина.
У меня сводит скулы, когда я вижу, как он опускает руку ниже, касаясь груди девушки.
- Хватит! Не прикасайся к ней! Паулина, просто подпиши бумаги.
Девушка часто моргает и с трудом переводит взгляд на меня. Вижу в нём вспышку гнева, но она быстро угасает – наверняка боится проявить эмоции при Вуди.
- Это всё ты виноват! Я думала, что мы подпишем брачный договор и вскоре поженимся! Ты убедил меня в том, что передумал!
- Я начинаю терять терпение. Уходи отсюда, Тайлер! Думаю, нам всё-таки лучше пообщаться наедине!
Паулина вздрагивает и снова смотрит на моего отца. Она и раньше его боялась – точно знаю, но теперь испуга так явно написан на её лице, что мне правда становится даль. Чувствую себя конченным ублюдком. Но делаю это ради Элис и её спокойствия. Можно ли, делая кому-то зло, делать одновременно для другого благо? Не знаю, но хочу думать, что поступил правильно. Только в этот момент совсем не уверен.
- Не надо! – быстро находится девушка.
Она знает, что я её не могу обидеть настолько, насколько может себе позволить это сделать Вуди. Чувствует, от кого исходит настоящая угроза. И она в ловушке. Она не может не передать свою долю фирмы, зная, что с ней сделают что-то ужасное. Её отец – никто, по сравнению с моим. Она это знает.