И чувствовала себя так, как будто вот-вот просрочу важный дедлайн. Он завис где-то над моей головой, а я ничего не могла с этим поделать.
— Ужин? — Охотников как будто услышал мои панические мысли, потому что на следующий день с утра позвонил с этим невероятным предложением.
— Только в какое-нибудь нормальное место, — предупредила его, — никаких крайне дорогих мест, понял?
— Почему? Не тебе же за это платить.
— Зато мне там есть. И сидеть. А у меня, знаешь ли, платья не для гламурных выходов. Скорее, для баров или клубов.
— Так тебя в клуб пригласить? — хмыкнул Дима в трубку.
Это было бы интересно. Что бы он надел в такое место? Не костюм же? Хотя в джинсах он тоже выглядел ничего так.
— Честно говоря, не представляю тебя в таком месте, — призналась я, — ну, в плане танцующим и развлекающимся.
— Ну да, я предпочитаю сидеть в стороне. Еще лучше, когда на коленях сидит весьма привлекательная девушка, — невозмутимо произнес Дима, напоминая про нашу встречу, — к слову, если у тебя все платья такие, как то, что ты надела в тот раз, то боюсь, мы действительно до ресторана не дойдем.
— Почему?
— Я не сдержусь.
— Брось, — я поморщилась, — на меня эти твои штучки перестали работать уже давно.
— Так я же правду говорю, а не чтобы тебя впечатлить, — отозвался Дима.
— Придержи ее при себе, — посоветовала ему.
— Я постараюсь. Ну так что, когда заехать за тобой?
— Ну, давай около восьми, — прикинула я. Мне надо было успеть смотаться в салон на одну покраску, это займет где-то часа три-четыре, потом надо доехать обратно, накраситься, переодеться… хотя о чем это я? Могу просто захватить с собой что-нибудь и сменить одежду прямо на работе, у нас там отличная подсобка. Не буду я сильно наряжаться ради Охотникова, это уже шарики за ролики самостоятельное заезжают без моего ведома. — В принципе, можешь и пораньше. С работы заберешь?
— Без проблем, — отозвался мужчина, — тогда буду звонить. Хорошего дня.
— И тебе, — отозвалась эхом.
У нас с Охотниковым на фоне непонятной опасности образовалось что-то вроде перемирия. Он меня пока что не кошмарил и из себя не выводил, а я не злилась на него на постоянной основе, как будто немного отодвинув то грустное прошлое немного в сторону. Но я думаю, это все ненадолго, мы же просто не виделись какое-то время. Как только встретимся, все начнется по новой.
Я зависла перед шкафом. И все-таки, что бы такое мне надеть? Моя любовь к коротким платьям, конечно, иногда ставила меня в неловкое положение — в приличные места в таких не ходят. Но я и не любительница золотых ресторанов.
В результате откопала в недрах шкафа костюм: широкие брюки, удлиненный пиджак, а под него простой короткий топ. Все пристойно, красиво и изящно. Главное, пиджак застегнутым держать. Погладила вещи, осторожно сложила в пакет и быстро переоделась в удобную одежду. О, еще косметичку надо не забыть с собой захватить. Ненадолго замерла, пытаясь проанализировать, не слишком ли я стараюсь? Но потом отмахнулась от этих мыслей. Я просто хочу выглядеть хорошо, и неважно, будет ли там Охотников или кто-либо еще.
— Яна-а, а это кто?! — голос у Кристины был каким-то малость перевозбужденным.
— Где? — спросила я, поправляя у зеркала волосы.
— Да вот стоит прямо перед салоном! Красавчик какой! И машина классная…
— У тебя вообще-то парень есть, — пожурила я, догадываясь, кто там караулит на улице.
— Да он бы тоже в такого влюбился без проблем! — заверила меня девушка, — так что, это твой мужик? Где откопала?
— А чего про Костю не спрашиваешь? — я действительно удивилась. Никому же не рассказывала о том, что мы расстались.
— Да ну этого Костика твоего, — пренебрежительно проговорила Кристина, — было понятно, что он ни о чем.
Ага, то есть людям со стороны как-то было понятно, а я вот ни о чем не догадывалась. А почему тогда мне никто ничего не сказал? Ну хотя бы намекнуть! Хотя я же сама не люблю разговаривать про личную жизнь, и никогда ее не обсуждала.
А вообще не Кристина ли умилялась тому, что Костя меня почти всегда с работы забирал? В общем, все понятно, Охотников сразил ее своей красотой, и весь здравый смысл взял и отключился. Понимаю, ничего страшного, мы сейчас уедем, и все встанет обратно на свои места.